Онлайн книга «Баронесса из ОГПУ»
|
– Нет, не сомневаюсь. Хотела услышать ваше мнение. – Ну, хитра, Зоя Ивановна. Ладно, права ты оказалась в тогдашнем нашем споре насчет Перовых. Признаюсь. – Вы сказали, что Хольмст пошел на сотрудничество? – У него другого выхода нет. На сегодняшний день ему в наших казематах безопасней, чем у себя в штаб-квартире. Срыва двух операций подряд ему японцы не простят. Смотри, что получилось – после провала засланных во Владивосток и Благовещенск диверсантов, подготовленных Хольмстом, тот стал искать красного шпиона внутри своей группы. Неудача грозила «Братству» прекращением финансирования белоагентов японскими спецслужбами, чисткой рядов и сменой их руководства. Хольмст не хотел оказаться крайним и потерять власть, деньги, а то и саму жизнь. Поэтому он был готов на любую подлость, чтобы спастись. Ему нужен был большой… взрыв! Да, с жертвами и разрушениями, резонансный! Это перекрыло бы все неудачи. Перова привлекли в группу шантажом для выполнения конкретного задания – диверсии на КВЖД, в ходекоторой его ликвидировали бы. Как и тебя – на нефтебазе. Спасибо Шену – домработнику твоему, Мише – ювелирно сработал парень и оперативно. А ведь беляки все сделали, чтобы дело кончилось для нас плачевно. – Они же меняли объекты для нападения, трижды сдвигали сроки теракта. Как тут не запутаться? – Через Шена мы знали о сроке проведения реальной операции на железнодорожной станции и на нефтебазе. Первоначально она была назначена на среду, 23 июля. Потом новые данные, поступившие от помощника Хольмста Василевцева. Этот японский агент, подслушав инструктажи хозяина, проведенные по отдельности с Суворовым, Моргуновым и Смысловским, довел информацию до японцев. Получалось, якобы 20 июля, в воскресенье, должно было произойти нападение на административное здание КВЖД – это по версии, озвученной для Суворова. Моргунову было сказано о теракте на водонапорной башне и Смысловскому – о взрыве в городском парке. Повторюсь, все акции якобы запланированы на 20 июля. От японцев, через Мишу, сообщение попало к нам. Разбираясь в мотивах, движущих Хольмстом, мы пришли к выводу, что это – состряпанная для нас дезинформация. – Но почему так витиевато он передал ее нам? – Ничего подобного. Он исходил ведь из того, что предатель – кто-то один из троих посредников. Но кто? Вот был в чем вопрос для него. – Очевидно – чья информация от этих троих всплывет у красных, тот и предатель. – Мы тоже склонились к такому выводу и через Софью дали знать белоагенту Чухонцеву, что до нас дошли все три варианта. Чтобы заставить Хольмста понервничать. – А может, и загнать в тупик. – Это его сильно озадачило, ведь выявить предателя не получилось, а времени на дальнейшие разборки не оставалось. И японцы ждать не собирались. Вот тогда он совершил ошибку. Решил самостоятельно, без согласования со своими японскими хозяевами ускорить операцию и без должной подготовки провести ее малыми силами, а нам спутать карты. Таким образом, наряду с назначенными подрывами цистерн на нефтебазе и КВЖД в воскресенье, 20 июля, и нападением на административное здание железной дороги, терактами на водонапорной башне и в городском парке в среду, 23-го, появилась третья дата – 16 июля, среда. – Ну, да – вчера. – Именно. Вчера, в среду, от Шена поступила очередная информация о диверсии, назначенной на этот самый день, – подрывына нефтебазе и на железнодорожной станции. Где правда, где ложь? Пришлось установить за данными объектами скрытное наблюдение. Конечно, мы оперативно отреагировали. Но если бы не действия Шена на нефтебазе, повторюсь – сработал по высшему разряду, без жертв с нашей стороны вряд ли обошлось бы. |