Книга Баронесса из ОГПУ, страница 67 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

– Конечно. Председатель правительства Вилли Штоф считал себя, возможно и не без оснований, также достойным занять кресло генерального секретаря СЕПГ.

– Вот. Между ними развернулась борьба. Естественно, западные разведслужбы внимательно следили за схваткой. Информация им поступала непосредственно от представителей правительственных кругов. В их числе были Герман Борг, работавший в ведомстве печати Совета министров ГДР, и сотрудник Министерства иностранных дел Восточной Германии Вольф Рольф. Последнего ЦРУ завербовало еще в середине 60-х, когда тот работал в посольстве ГДР в Джакарте. Он был ценным приобретением. Имел доступ к секретной информации, касающейся государственных решений в области внешней политики. Ну, это я немного отвлекся, извините. Так вот, Штоф, проиграв Хонеккеру, не смирился. Время, увы, не сгладило углы между председателем правительства и генеральным секретарем. Ситуация обострялась и каждый из них искал случая убрать с пути другого. Штоф писал в советское посольство письма о том, что Хонеккер националист и поддерживает связи с западными деятелями. Хонеккер,зная об этом, пытался доказать обратное. Он ссылался на то, что утечки информации идут из правительства. Подчиненные Штофа, завербованные западной разведкой, в свое время обеспечивали такую связь Вальтеру Ульбрихту, а теперь – Штофу. О том он сигнализировал в берлинское посольство и в Москву. Посол Абрасимов не мог оставаться в стороне, пустив дело на самотек. Когда мне поручили разобраться с ситуацией в правительстве Штофа, где действительно засели «кроты», я обратился за помощью к Крафту. Тот помог, и, в свою очередь, узнав из документов, попавших к нему от Рихера, что Шульц являлся провокатором, до глубины души был возмущен этим и обозлен. Естественно, при встрече все выплеснулось наружу.

– Завязалась драка. Шульц убил Крафта! Я думаю, так все и произошло.

– Это было не случайное убийство.

– Ганс-Ганс, – покачала головой Зоя Ивановна. – Для чего ты вызвал меня в Берлин? Не для того же, чтобы показать фамилии основных агентов, действовавших на восточном направлении? Нет, тут другое. Но что?

– Я думал об этом, – улыбнулся Пахомов. – Знаете, какая штука получается – когда немецкие друзья ознакомили нас с подноготной агентов из списка, я тоже обратил внимание на фамилию Шульц, тот слыл бывшим узником Бранденбургской тюрьмы и другом, вернее, сокамерником Крафта. Но это согласно легенде. Вы рассказывали, как Ганс был сбит в небе над Воронежем, долго лечился, и, спустя время, его назначили военным атташе в Женеве. Но что с ним произошло потом? Как я понял, после феерического провала операции по одновременному уничтожению всего военного потенциала СССР, из-за срыва поставок руд редкоземельных металлов в Германию, прошли большие чистки, по подозрению в содействии врагу были арестованы несколько ответственных служащих, в том числе из немецкого представительства в Швейцарии. Кого-то приговорили к расстрелу, а фронтовика-инвалида Крафта благодаря хлопотам отца, имевшего знакомства в высшем партийном звене НСДАП, отправили в Германию и заключили в Бранденбургскую тюрьму.

– Здесь, среди узников, он встретился с Герхардом Шульцем.

– Антифашист, друг и вдруг провокатор, агент западных спецслужб. А точнее, агент-контролер!..