Книга Наперегонки с ветром, страница 131 – Таша Муляр

И еще.

Активно готовлю Егора к школе. Так трудно ему даются элементарные вещи. Никакой усидчивости. За компьютером сидеть, играть готов круглые сутки, замучилась бороться, а заниматься совсем не хочет. Хотя воспитательница его хвалит, но не зря же на второй год оставили в нулевом классе, сказали, что для него лучше будет в неполные восемь пойти. Для меня, кстати, это в прошлом году стало полной неожиданностью. Так было стыдно и неловко, будто это я сама на второй год осталась. Хотя меня вызывали психолог и завуч нашего сада и долго объясняли мне, что они настоятельно рекомендуют оставить Егора в нулевом (подготовительном классе) еще на один год.

– Тогда ему легче будет в школе. Он будет чуть старше всех ребят, и это придаст ему уверенности, да и подготовится лучше. А если в этом году пойдет, то будет отстающим. Поверьте моему опыту, – убеждала меня завуч.

Я сначала хотела возмутиться и отстаивать своего Егорку, а потом спокойно поразмыслила, вспомнила, как он играет и общается с другими детьми, и решила, что это верное решение, хотя мне самой оно трудно дается.

Когда с ним сама занимаюсь, он, бывает, спотыкается на совершено элементарных заданиях, которые они в садике стопятьсот раз делали и я с ним проходила. То ли отвлекается, то ли не может сосредоточиться. Да, хорошо, что я согласилась.

Что-то еще хотела написать…

А, вспомнила. Меня беспокоит, что Егор стал иногда обманывать. Вроде мелочи какие-то, можно сказать детская шалость, а неприятно. Задумываюсь, во что это может перерасти.

Вот на днях, в субботу, после завтрака решили идти гулять в парк, а до этого нужно было математикой позаниматься.

Дала ему учебные тетради с примерами, которые нам в саду рекомендовали, там сразу в них можно писать – классная идея, у нас не было таких пособий. Он начал писать, то и дело вскакивая водички попить, телефон зарядить, в туалет – в общем, суета. Я взяла тетрадь и поняла, что он ничего сам решить не может. Стали разбирать примеры вроде «13 – 4». Трудно ему подобные даются. Вместе решили весь разворот до конца. Похвалила. Ушли гулять.

В воскресенье с утра опять усадила его, пока завтрак готовила. Выписала в столбик наши вчерашние примеры и дала ему этот листок.

Прошло минут пять-шесть, прибегает на кухню довольный, размахивая листком, гордо положил его на стол и свистнул горячий блин с тарелки.

Все решено правильно. Ну, я догадалась, что он списал из вчерашней тетради. Я примеры списала, а он – ответы. Идеальная парочка!

Похвалила его и спрашиваю, как ему удалось так быстро все правильно решить.

– Мам, так я все понял!

– Здорово! Ну садись, давай я тебе еще напишу, покажи мне, как у тебя получается.

Сидел, пыхтел-пыхтел, сопел, мучился, опять три раза отлучился водички попить, в окно посмотреть. Чуть подождав, говорю ему:

– Я поняла: ты все списал из тетради. Это обман.

Егор начал спорить со мной, переходя в крик, смял листок, выбежал из кухни, надулся и засел в комнате.

Я приготовила завтрак и не стала его звать. Не знаю, верно ли поступила… Только в обед пришел ко мне. Стоит и смотрит с порога. Брови насупил, пыхтит и кусает ноготь большого пальца – всегда так делает, когда волнуется, никак не могу отучить от этой привычки.

Позвала его. Сидела за компьютером, работала.

Говорю: