Книга Наперегонки с ветром, страница 143 – Таша Муляр

«Он похож на породистого объезженного скакуна», – подумала Лиса, исподволь разглядывая Макса во время их прогулки. Она примерялась, узнавала и доверяла ему все больше. Да, ее привлек именно Макс, Леха был совсем другой породы, не ее – точно, хотя такой же шебутной и с прекрасным, тонким чувством юмора. Ей нравилось, что они не стебутся друг над другом, а подшучивают по-доброму, как мальчишки в ее станице.

После получения документов о погашении судимости Лиса приехала к Максу. Припарковалась во дворе, поставив машину в тень. Вытащила сумки с продуктами – у него вечно в холодильнике ничего нет, кроме огурцов и вареной курицы.

– Набор бодибилдера, – каждый раз оправдывался он, когда она недоумевала, как он так питается.

Максим был полной противоположностью Юры, скорее он напоминал ей Пашку. Чем? Может, своим взглядом, улыбкой, нерастерянной непосредственностью, фигурой, ростом. Да много чем, черт побери! Ей не хотелось втягиваться в эти отношения. Она же решила, что им с Егором никто не нужен, нельзя рисковать и травмировать сына.

И вот уже два месяца она сбегает из офиса в разгар рабочего дня или мчит к нему ранним утром, после того как отвезет сына в школу, пересекается в городе для молниеносного, полыхающего страстью секса в его машине.

Максим работал в небольшой компании менеджером по продажам и по совместительству – личным шофером учредителя, своего земляка из Уфы, где оба родились и выросли. Макс ездил за рулем его машины – огромного японского джипа с затонированными стеклами и широченным задним сиденьем-диваном, где все между ними и происходило. Почему не в отеле? Или не у него дома? У них не было времени, и это ощущалось таким заманчиво запретным – пересечься вот так вот посреди бурлящей Москвы, припарковать машину где-нибудь возле светофора на Садовом, поставив на аварийку, отстукивающую такт синхронно с их движениями, впиться друг в друга под орущую музыку, слиться, спаяться, прилипнуть скользящими телами, срывая лоскуты летней одежды, долго целоваться на прощание и тут же разъехаться по своим делам дальше, загадочно сияя глазами…

Лиса сама себя не узнавала и металась между принятием их отношений и полным их отрицанием. Утром она хотела забыть Макса, днем же, после его звонка, тихого хриплого голоса она уже летела к нему навстречу. Что это было? Любовь? Скорее, страсть. А страсть в своей жизни Лиса уже проходила и больше не хотела обжигаться и размениваться. Так почему же на его: «Ты где там? Я уже скучаю!» – она не раздумывая отвечала: «Я здесь. Где встречаемся? Кто первый доедет? Погнали!»?

Вот! Ей нравился в нем мальчишеский характер. Макс был младше нее на семь лет. С одной стороны, это ее дико смущало, хотя он уверял, да она и сама знала, что он выглядит старше своих лет, а она – моложе, и в реальности никто даже не подозревал, что у них такая разница в возрасте. Но она-то сама знала и даже чувствовала ее – у нее включались материнские инстинкты к этому мужчине. Ничего хорошего в этом не было.

Сегодня она стояла перед его дверью, раздумывая, стоит ли звонить или все-таки пора решиться и уйти. У нее особенный день. Она верила в жизненные вехи, и ей казалось, что свобода, которую она сегодня вновь обрела, – это не только про судимость, но и еще про что-то.