Книга Игры с небом. История про любовь, которая к каждому приходит своим путем, страница 63 – Таша Муляр

Сегодня им не повезло. Их место было уже кем-то занято. Людей на маленькой песчаной отмели видно не было, а вот вещи чьи-то лежали. Судя по всему, какие-то мужчины: две клетчатые рубашки с коротким рукавом, старый походный рюкзак и две пары кед рассказали им про своих хозяев.

– Видимо, парни, судя по кедам. – Марина стояла в задумчивости.

– Может, пойдём обратно? – Тоня знала, что место для купания на этом озере одно. По всему берегу рос камыш, подойти было невозможно, и только тут был небольшой пляжик.

– Да ладно, давай останемся. Они, может быть, надолго на лодке рыбачить уплыли. А мы искупаемся, позагораем, съедим наши запасы и до их возвращения уйдём обратно.

– Ну хорошо… – Тоня сбросила платье и сандалии, стала расстилать их байковое одеяльце, захваченное из дому.

Пару часов они плескались, как маленькие, забыв, что обеим уже под 30, оставив на берегу все свои заботы и хлопоты. Потом с аппетитом уплетали пирожки с грибами, выданные им заботливой Настасьей Семёновной, запивая вишнёвым компотом изумительного рубинового цвета.

Затем Тоня легла почитать книгу, а Марина задремала, притомившись от дороги и длительного купания.

Надувная лодка подошла к берегу незаметно, бесшумно скользя по водной глади. Заплыв в камыши поблизости, сохраняя тишину и стараясь не выдать своего присутствия, двое молодых мужчин с интересом наблюдали за девушками, расположившимися на берегу.

В тот день Айша совершила почти невозможное, в очередной раз засунув свою несуществующую гордость куда подальше: после общения в офисе с новыми поставщиками из Твери, ссоры с Германом и его звонка она бросила всё и помчалась спасать его мать – женщину, которая её ненавидит. Скорая забрала Алевтину Васильевну с инсультом и отвезла в ближайшую больницу в Сокольники – куда диспетчер сказал, туда и отвезли.

– Как это случилось? – Айша буквально влетела в квартиру, огляделась вокруг. Вещи были разбросаны, в комнату Алевтины дверь не закрыта, ящики её комода выдвинуты – было видно, что сын искал вещи, когда собирал мать в больницу.

– Да я сам не понял. Ты уехала, мать пошла на кухню варить свой фирменный кофе – твой её всё-таки не устроил.

Айша отметила про себя, что о её кофе он мог бы и промолчать. Зачем ещё раз напоминать ей о конфликте с его матерью?

– Ну, ушла, а мы с Юлей сидели, фотографии рассматривали. Потом она спросила, где ванная комната – руки помыть. Я пошёл ей показать, пока она там была, заглянул на кухню – думал, что-то мама долго кофе варит… А она там на полу лежит! В какой-то скрюченной позе, рот открывается, а звуков нет, встать не может. Я испугался, стал её поднимать, а у неё правая рука и нога не слушаются, и лицо с правой стороны словно онемело. Тут Юля вышла, увидела её и сразу кинулась скорую вызывать… Сказала, что у её свекрови похожее было пять лет назад. Инсульт.

Скорая приехала, мать идти же не может, а лифт у нас – сама знаешь какой, туда носилки не помещаются, да и на лестничных площадках они с трудом разворачиваются. Пришлось её на покрывало переложить, я соседей из другого подъезда позвал, у нас никого из мужиков рядом не оказалось… Ну, мы её вчетвером за углы этого покрывала – и снесли вниз. Зрелище, конечно, печальное, у меня чуть сердце не оборвалось. Несём её, она левой рукой нами командовать пытается, глаза живые, а сама маленькая такая, куда-то стать её делась, скукоженная, жалкая до стона, глазами меня сверлит, а в них – гром и молнии… Уж я-то её взгляд знаю – мол, не так меня несёте! Огонь-женщина, конечно, мать моя. Потом взгляну на неё опять, а в глазах – бездонная боль от осознания своей беспомощности и зависимости от других.