Книга Мать велела герань не поливать, страница 32 – Таша Муляр

– На сто втором участке двойня родилась, теперь соседям покоя нет: орут дети все время. У цыган опять свадьба, не жди покоя дня три. Воду в этом году будут регулярно отключать. Опять все деньги председатель украл, вот и не на что ремонтироваться, – вещала Зинаида с видом знатока всех и вся.

За садовыми и огородными работами Белла то и дело вспоминала ту записку. Почему-то тогда она не выбросила, хранила в сумочке. Нет-нет да и достанет вечерком за чашечкой своего ароматного фирменного чая. Любила она вечерами сесть на крылечке, для этого и крылечко попросила строителей пристроить к своему домику-бытовке. Пройдет по саду – громкое название для четырех соток, но приятное слуху обладающего – соберет листочки черной смородины, мелиссы, тоненькие веточки тимьяна, пушистые листья ароматной мяты, в июле и малину можно добавить. Сложит все в заранее разогретый чайник, заварит горячей водой – кипятком нельзя, он весь аромат убьет. Поставит настаиваться. Минут семь – и чай готов. Сидит себе Беллочка на крылечке, попивает из красивой чашки и растениями любуется.

Так вот, иногда записочку ту достанет и сидит, фантазирует, кто же ее написал. Что за человек такой? Наверное, очень несчастный. Холодно ему и голодно, вот от неприкаянности и безысходности по чужим дачам и шарит. А у нее и не взял ничего. Может, потому, что она, не зная его, к нему с душой отнеслась? Все бы хорошо, но сосед со своей бурной деятельностью мешал тихому созерцанию и фантазиям. «Противный он все-таки», – решила для себя Белла.

Юрию Петровичу понравилось на даче. С работы он уволился сразу после аварии и похорон жены. Не мог больше водителем быть. Простить себя не мог. Хоть в аварии и не был виноват, за рулем был он. Не смог уберечь. Были кое-какие накопления, пенсия, иногда выходил на подработку. Где-то что-то починит, кому-то электричество проведет, мелкий ремонт техники сделает, что-то еще. На жизнь хватало. Поэтому на даче на все лето остался свободно. Ему нравилось что-то переделывать, восстанавливать и тем самым отвлекаться от мыслей о жене. Хоть и прошло уже пять лет, а все никак не мог отойти. Участок маленький, заросший, требовал внимания. Он мало разбирался в садоводстве, зато любил порядок, поэтому просто косил траву.

С двух сторон соседи совсем не приезжали, а слева была женщина, помоложе и полная противоположность по внешности его жене. Крупная, темноволосая, с интересными раскосыми глазами, судя по всему, шустрая и быстрая на руку. С раннего утра уже что-то делала на своем участке, продолжая работу до позднего вечера. Пару раз пыталась с ним заговорить, но он решил сразу, что никаких соседей вовлекать в свою жизнь не хочет. Здоровался ради приличия, и все. Хотя несколько раз, замечая, как ей трудно даются некоторые дела по хозяйству, порывался предложить помощь, но потом решил, что ни к чему это.

Осень наступила стремительно. Белла и не заметила, как пролетело лето. Пора было закрывать дачный сезон. Она убралась в саду, в домике, припрятала, как обычно, ценности – инструменты, микроволновку, кофейник и заварочный чайник – то, что было дорого. Уже перед отъездом, постояв на пороге и оглянувшись в последний раз до весны на комнатку, задумалась, вытащила из-под кровати коробку, достала бутылку водки, банку тушенки и банку с растворимым кофе. «Хотя нет, не так», – подумала Белла и заменила растворимый кофе на молотый, который ей подарила на работе приятельница и который она берегла на праздничный день. Выставила все на столе, накрытом новой белой скатертью в мелкий полевой цветочек, достала листок бумаги и ручку.