Книга Дочь врага. Невинность в расплату, страница 1 – Кэтрин Рамс

Камиль.

Я, как хищник, чувствую аромат крови, хотя моя жертва находится от меня в десяти метрах. Втягиваю в себя воздух и не могу сдержать кровожадной улыбки.

Жирный, наполовину лысый мужик, который в скором времени должен сдохнуть от моих рук, поранился осколком бокала, принося в мою душу небывалую радость.

Павел Варшавский.

Урод, который в один момент разделил мою жизнь на до и после. Некогда мой хоть и не кровный, но брат, которого я долгое время ненавижу.

Совсем скоро он будет стоять передо мной на коленях и просить пощады, которую он не получит.

Я ждал целых семь лет, находясь в бегах в Сирии, чтобы оказаться в этом маленьком театре, где сегодня выступает ЕГО младшая дочь.

Я помню его любимую малышку ещё совсем крошкой. Девчушка так похожая на мою сестру.

Волосы цвета карамели и огромные голубые глаза, которые смотрели на меня когда-то с восхищением. Она всегда называла меня дядя Ками, она даже как-то говорила, что когда вырастет, то станет моей женой, а я смеялся.

У нас были хорошие отношения.

Это было до того момента, пока я не узнал страшную правду, которая разрушила мою жизнь.

Свет в зале потухает и уже через пару минут начинается представление. Лебединое озеро.

Я замечаю ЕЕ сразу. Она играет главную роль. Белый, красивый лебедь.

Девушка двигается так изящно, что внутри все сжимается от восторга. И сразу становится ясно, что она лучшая балерина в этом представлении. От неё сложно оторвать взгляд.

Даже отсюда я замечаю, какая она восхитительно красивая. Статная. Худенькая. Характерная. И в тоже время такая нежная, что хочется ее сжать в объятиях и сломать, как тростинку. Так чтобы позвоночник хрустнул.

Хочу увидеть, как глаза, которые достались от ее отца, медленно потухают. И в тоже время мне хочется ее защитить.

У меня от чего-то словно током пронзает. Где-то глубоко внутри просыпается желание разглядеть ее поближе. А лучше использовать любимую дочурку своего главного врага. Отыметь ее так, чтобы встать не смогла. Чтобы рыдала, вспоминая, что с ней произошло. Так, чтобы о пощаде молила. А потом выкинуть на порог его дома, чтобы он видел, что я с ней сделал.

Я могу это сделать. Но не забываю себе напоминать, чья она дочь. Залезть на неё — это себя унизить, унизить память о той,которую я больше никогда не увижу. Я хоть и нестоящий урод, но насиловать этого прекрасного лебедя будет хоть и приятно, но не по нашим, бандитским законам.

Хоть я ещё не выбрал какой именно мести он от меня получит, я знаю, что

Варшавские достойны только мучительной смерти. Как говорят от яблочко от яблони. Она тоже не так проста, как может показаться.

— Камиль, ты весь напряжен, — слышу я слащавый голос справа от себя. — Что случилось?

Усмехаюсь. Она все же решила ко мне подойти. Моя бывшая любовница, которая знает намного больше, чем нужно.

— Март, не лезь лучше ко мне, — предупреждаю женщину, которая раньше была пацанкой беспризорницей, а сейчас она жена одного важного политика, который тоже находится на этом представлении.

Женщина выходит из моей спины и присаживается рядом, я же бросаю на нее пристальный взгляд.

Марта хороша собой. Таких красивых женщин редко встретишь. Она всегда сводила с ума пацанов, но была только моей женщиной долгое время.

Однако она была не только любовницей, но и моим по сути единственным другом в блядском гадюшнике, или как его ещё называют, школе интернат для сложных подростков.