Книга Одержимость. Девочка Сурового, страница 72 – Виктория Альмонд, Мия Руссо

Я иду. Просто иду.

Туфли на высокой шпильке скользят по влажному асфальту, тонкая ткань платья мгновенно промокает и холодит кожу. Меня знобит. Я засовываю руки под мышки,пытаясь согреться, но дрожь идет изнутри. Люди оборачиваются на меня: разодетая девушка в вечернем платье, бредущая одна по ночному снежному городу.

Сумасшедшая. Так я себя и чувствую.

Я иду по набережной, смотрю на черную воду Москвы-реки, в которой отражаются огни небоскребов. Снежинки тают на моем горячем лице, смешиваясь со слезами. Я не плачу, слезы текут сами, тихо и безостановочно.

Я думаю о его руке на моей талии. О его губах на моем лбу. О его глазах. И о том, что где-то там живет женщина, которая носит под сердцем ребенка, который, возможно, его.

Я не знаю, сколько брожу. Платье промокло насквозь, волосы, уложенные стилистом, растрепались и покрылись шапкой снега. Ноги замерзли и болят.

Пора домой.

Я останавливаюсь под козырьком какого-то подъезда, дрожащими пальцами достаю из сумочки телефон. Он выключен. Я нажимаю кнопку, и экран оживает, заливая светом мое заплаканное лицо. Десятки пропущенных вызовов. От Дани. От Влада. Десятки сообщений. Я пролистываю их, не читая, открываю приложение такси.

Уже в такси я откидываюсь на сиденье и закрываю глаза. Водитель что-то говорит, но я не слышу. Я просто чувствую вибрацию двигателя и свое ледяное одиночество.

Почему это происходит именно со мной?! Почему? Почему! Еще пару дней назад я думала, что все будет хорошо. Что я наконец буду с мужчиной, которого не переставала любить все эти годы.

Но, судьба – злодейка.

Я поднимаюсь на лифте, вхожу в квартиру и… вздрагиваю. На пороге – он.

Даниил. Без пальто, волосы растрепаны, на щеках – румянец от мороза. Его грудь тяжело вздымается. В глазах – ярость.

– Лина! – срывается с его губ рыком.

Даниил настигает меня в два шага, и вот его руки сжимают меня за талию, прижимают к себе с такой силой, что у меня перехватывает дыхание. Его тело лихорадит. Дрожит так же сильно, как и я.

– Ты куда пропала? Я обезумел! Обыскал половину города! – он говорит в мои волосы, его губы обжигают кожу. – Не выключай телефон больше! Никогда!

Я не обнимаю его в ответ. Мои руки висят плетьми. Вся моя злость, обида, боль – все это выливается в один-единственный вопрос. Тихий, разбитый.

– Это правда? – шепчу я, уткнувшись лицом в его грудь. – Она беременна от тебя?

Даниил замирает. Его объятия не ослабевают, но все его тело напрягается. Тишинав квартире становится оглушительной. Слышно, как за окном воет ветер.

– Правда в том, что она беременна, – наконец говорит он, и его голос глухой, усталый. – Но я не знаю, мой ли он. Пока не знаю.

Он отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. Его лицо искажено от злости.

– У нас был всего один раз, Лина. До тебя. Несколько месяцев назад. Я был не в себе, в стельку пьяным. Все это дело с конкурентами… Я даже не помню толком. Это была ошибка. Одна-единственная, чертова ошибка!

Он снова прижимает меня к себе, словно боится, что я исчезну.

Я стою в его объятиях, слушая стук его сердца. Быстрый, неровный. Снег на моих волосах тает, и капли воды стекают по шее. А внутри меня ледяная пустота. И горькое, горькое понимание.

Сказка кончилась. Не с громким скандалом, а с тихим шепотом на фоне ноябрьской вьюги. И передо мной не принц, а просто мужчина. Сильный, властный, но сломленный одной ошибкой, которая нагнала его в самый неподходящий момент.