Книга Научи меня жить. Книга 1, страница 48 – Кэт Лорен

Не знаю, как долго мы играли в гляделки, но я просто не мог отвести от неё взгляд. Легкий макияж, почти незаметный, длинные светлые волосы, собранные в тугую косу, были переброшены через плечо. А эта полицейская форма… Уверен, теперь именно в ней она будет являться мне во снах. Мой поток мыслей прервал голос инспектора:

– Мы закончили. Рома, надеюсь, мы видимся с тобой в последний раз. Обещай мне, – сказала Алла Леонидовна.

На что мой брат ничего не ответил и лишь пожал плечами. Я дал ему ключи от машины, молча дав распоряжение, чтобы он ждал меня в ней и перевёл свой взгляд на женщину.

– Что предусматривает такое правонарушение? – спросил я её.

– Штраф от тысячи до двух с половиной, – ответила она.

– Вы же понимаете, что для него это не наказание?

– Конечно, понимаю. Но я действую в рамках законодательства.

– А как насчёт исправительных работ? Две недели, к примеру, – предложил я.

– Дмитрий Сергеевич, такое правонарушение не предусматривает исправительные работы. Тем более их назначает суд. И такое наказание не распространяется на несовершеннолетних, – ответила она.

– Но мой брат об этом не знает. Я готов помочь, – с намёком сказал я, делая ударение на последнем слове. – Если вы посодействуете мне. Пусть не проходит ни по каким документам, но сделайте так, чтобы это случилось. От себя обещаю контролировать его посещение.

Я перевёл взгляд на Аню. Она смотрела на меня с широко открытыми глазами. Теперь в них не было злости, а удивление. Она явно не ожидала от меня такого. Что эта девушка думала обо мне? Раз у меня естьденьги, я относился к числу тех людей, которые финансами отмазывали своих детей от наказаний? Да, многие проблемы я решал именно ими, но не так, как она это представляла.

Нервно переводя взгляд между мной и Аней, Алла Леонидовна, сомневалась, что стоит продолжать наш разговор в присутствии третьих лиц, но я был уверен, что малышка ничего не расскажет своему папочке. Она только начинает учиться тому, что в этом мире не все делится на чёрное и белое, а имеет между собой еще множество оттенков.

– Есть ещё кое-что, о чем я не рассказала. Родители девушки хотели бы с вами переговорить. Дело в том, что она уже совершеннолетняя, и они переживают, что вы захотите подать на их дочь заявление.

– Вы что прикалываетесь надо мной? – я готов был рассмеяться. – Скажите им, что они могут спать спокойно.

– Я подумаю, что можно сделать относительно вашей просьбы, и позвоню вам, Дмитрий Сергеевич. Всего доброго.

Встав из-за стола и бросив последний взгляд на свою Анечку, я вышел из кабинета.

Быстро покинув здание, как будто оно было охвачено огнём, я вдохнул свежий воздух полной грудью. Мне нужно собраться с мыслями. Чёрт. Какого хрена только что произошло? Я не мог подобрать слов, чтобы описать свои эмоции сейчас. И дело было не в брате. То, что натворил Рома, сейчас волновало меня в последнюю очередь.

Открыв дверь своего автомобиля, я сел в него, откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза рукой. Рядом сидел мой брат и играл в какую-то дурацкую игру на своём телефоне. Как только я посмотрел на него, он тут же убрал свой айфон.

«Хоть в чем-то он уважал меня»– подумал я. Мы молчали какое-то время, но Рома заговорил первым:

– Ну давай, начинай, – сказал брат.

– Что начинать? – спросил я его.