Книга Учитель моего сына, страница 62 – Инна Инфинити

— Леша, нам надо поговорить, — начинаю уверенно. — Мне кажется, у нас какое-то недопонимание.

Сын нехотя откладывает в сторону ноты и поднимает на меня лицо. На нем читается: «Ну что еще тебе надо?». Но я решаю быстро не сдаваться. Сажусь в кресло напротив кровати.

— Леш, ты уже не маленький и должен понимать, что мы с твоим папой находимся в разводе. К тому же тебе известны причины развода. Для тебя никогда не было секретом, что твой отец любил выпить алкоголь, не работал и поднимал на меня руку. Все это происходило на твоих глазах. Ты был маленьким, но должен помнить.

— Не надо пытаться очернить папу в моих глазах. У меня есть свое мнение.

Недоуменно хлопаю глазами.

— В смысле «очернить»? Я говорю, как есть.

— Папа уже давно не пьет алкоголь и даже не курит. А если и пьет, то что с того? Все взрослые пьют алкоголь. Ты тоже иногда пьёшь.

— Есть разница выпить один бокал на праздник или пить каждый день без повода.

— Для меня нет разницы. Праздник это такой же обычный день, который почему-то все превозносят. Но суть не в этом. Папа не пьет алкоголь вообще.

Я удивлена, если не сказать, поражена. Антон перестал пить? С чего бы?

— Откуда ты знаешь, пьет твой отец или не пьет, если он никогда с тобой не общался?

— Бабушка Лариса сказала.

Бабушка Лариса — это мать Антона, моя бывшая свекровь. Она общалась с Лешей после того, как я развелась с Антоном. Но потом ее дочь тоже родила ребенка, и ей стало не до Лешки. Внук, которого родила дочь, стал ей роднее и любимее, чем внук, которого родила невестка.

— И она с тобой тоже давно не общается.

— Общается, — щетинится. — Я виделся с ней и на летних каникулах, и сейчас.

Ладно. Наш разговор сейчас не о бывшей свекрови. Если у нее появилось время общаться сЛешей, то хорошо. Я не против.

— Бабушка Лариса, естественно, защищает и выгораживает своего сына.

Бывшая свекровь говорила мне в открытую, что это я виновата в разводе и вообще-то могла бы потерпеть ее неработающего и выпивающего сына. Видите ли в их время, мужики тоже и выпивали, и руку на жён поднимали. И ничего, все терпели, никто не разводился. Зато семья была целая. А тут ишь ты, терпеть не хочет.

— Я виделся с папой на каникулах. Он больше не пьет! И папа абсолютно нормальный и хороший, а не как ты говоришь.

Вздыхаю.

— Хорошо, я рада, если твой папа больше не пьет. Молодец. Но мы с ним давно разведены. Когда я принимала решение о разводе, я исходила из тех факторов, которые перечислила тебе. Помимо пьянства твой отец еще не работал и поднимал на меня руку в твоем присутствии.

Я злюсь, поэтому мой голос стал немного громче. Я не понимаю, почему Леша на стороне Антона, который вообще не принимал участия в его жизни от слова совсем. Ну как такое может быть? Я его вырастила, ночей не спала, когда болел, стараюсь дать ему все самое лучшее, а все равно я плохая, а непутевый отец хороший.

Да, когда Леша пошел в первый класс, я была вынуждена оставить его с мамой и уехать работать в Москву. Но я сделала это ради ребенка! К тому же я каждый день звонила, а при любой возможности приезжала. На все отпуска и длинные праздники я мчалась к сыну. Было бы лучше, если бы мы продолжили волочить нищету в нашей провинции? Мы в прямом смысле слова голодали. Были дни, когда не оставалось денег даже на хлеб и приходилось просить в долг у соседей.