Книга Учитель моего сына, страница 87 – Инна Инфинити

— Неважно себя чувствую.

— Ой, не зарази меня, а то у меня трое детей, — беспокоится.

— А вы быстрее меня везите.

Таксист чуть прибавляет газу. Я опускаюсь головой на окно и прикрываю глаза. Вздрагиваю от толчка в плечо.

— Приехали, — говорит таксист. — Куда именно тебя тут везти?

— Мы в центре? — тру глаза.

— Да.

— Спасибо, тут выйду. Мне в магазин зайти надо, папа попросил продуктов купить.

Побыстрее расплачиваюсь и буквально вываливаюсь из машины, потому что высокая температура сносит меня с ног. Четыре часа дня, осталось двести пятьдесят километров. Меня знобит, зубы отбивают чечётку. Возле универмага стоят три таксиста, и ни один не соглашается ехать за сто километров. У меня почти час уходит на то, чтобы найти сговорчивого водителя. Благо, деньги еще есть. Как хорошо, что я копил и никуда не тратил. Иначе просто не добрался бы.

Мужчина лет, наверное, шестидесяти на раздолбанной «Волге» соглашается отвезти меня, куда говорю. В машине воняет бензином, одно окно сзади закрывается не до конца и дует мне в шею. Я чувствую себя паршиво, как никогда.

— Срочные новости! — звучит из тихо работающего радио. — Разыскивается мальчик, Самсонов Алексей Антонович, одиннадцать лет, ушел из дома несколько дней назад и не вернулся. Одет в чёрную куртку, чёрную шапку…

Меня пронизывает ледяным животным ужасом. О Господи, меня что, по радио ищут? Блин, надо быстрее доехать, встретиться с папой и вместе с ним позвонить маме. Она себе, наверное, места не находит. Плачет сильно, переживает.

Она же поймет, что у меня не было другого выхода? Ведь по-хорошему она бы ни за что не отпустила меня жить к отцу.

— Надо же, какой маленький пропал, — качает головой таксист, впервые заговорив со мной. А я от страха быть узнанным вжимаюсь в сиденье. Только бы не узнал меня по приметам, названным ведущим радио! — У меня в детстве одноклассник пропал, но мы постарше были, лет тринадцать. Нашли потом мертвым в лесу.

— Ммм, ясно, — отвечаю, чтоб поддержать для видимости разговор.

— Но он заблудился в лесу. За грибами пошел и заблудился. А этот в Москве потерялся, сказали. Как в Москве можно потеряться? Там же везде камеры, указатели, люди. Это в лесу никого, кроме животных, а в большом городе как можно заблудиться?

Таксист продолжает причитать дальше, пока по радио не начинается новый блок новостей, на этот раз про политику. Тогда водитель наконец-то переключается с меня на политическую ситуацию в стране и мире. А я облегченно выдыхаю. Не узнал во мне пропавшего мальчика.

Я и так еле в сознании нахожусь, а еще и факт того, что меня так сильно разыскивают, добивает. Очень страшно за маму — хоть сейчас ей звони. Но решаю все же добраться до места назначения.

Таксист привозит меня в центр города, я расплачиваюсь с ним и выхожу из «Волги». Остался последний бросок. Последние сто пятьдесят километров. Девять вечера, я едва не теряю сознание. Жаропонижающие порошки больше не помогают.

У сетевого супермаркета стоят несколько машин такси. Подхожу к молодому таксисту. За эти несколько дней я сделал вывод, что молодые водители более безразличны, чем пожилые. Те, что в возрасте, нет-нет, да поглядывали на меня в зеркало, могли что-нибудь спросить. Молодые же включали музыку погромче и мчали вперед, полностью игнорируя мое присутствие.