Книга Горничная с секретом, страница 54 – Злата Романова

— Да как ты смеешь!? — открыв рот от возмущения, стремительно краснеетона. — Оскорбляя меня, ты немного добьешься, Макс. Мне не нравится, когда со мной разговаривают, как со шлюхой, так что если хочешь и дальше меня трахать у двери или на очередной парковке, то лучше научись уважению. У женщин те же сексуальные потребности, что и у мужчин, однако это не дает никому права осуждать нас только потому, что в обществе принято считать, что приличные девушки должны делать «это» только по любви и в отношениях. Лицемеров я не терплю!

При мысли о том, кто же удовлетворял ее сексуальные потребности до меня и как часто они у нее возникали, у меня из горла вырывается невольное рычание. Твою мать, я не хочу этого знать! Меня никогда не волновало, с кем до меня спали мои женщины, но с Соней я становлюсь ревнивым до сумасшествия.

— Сколько их было? — выпаливаю, прежде чем успеваю обдумать это дольше секунды и остановить себя.

Соня смотрит на меня расширившимися глазами. Она явно поняла, о чем именно я спрашиваю даже без уточнений, поэтому выглядит еще более возмущенной, чем раньше.

— А сколько было у тебя? — спрашивает, сжимая свой телефон до побелевших костяшек.

— Я не считал. Много, — отмахиваюсь от глупого вопроса. — Меня больше волнует твоя биография, Соня. Постоянный парень в школе, потом еще один в университете… Хотя нет, в университете ты встречалась с двумя одновременно, да? Ты любишь тройнички или просто не смогла выбрать между ними? А что было во время твоих путешествий? Как часто твои потребноститолкали тебя на поиски приключений?

Соня неожиданно бледнеет, прикусывая губу до крови, и я понимаю, что сказал что-то не то. Пиздец, теперь она точно выест мне мозг!

— Поверить не могу, что чуть не купилась на это… — севшим голосом шепчет она, сдуваясь, как шарик, и теряя весь свой запал. Снова превращаясь в жертву. Блядь, ненавижу это!

Соня больше не смотрит на меня, даже не двигается, уставившись на свои колени, и я думаю, что она борется со слезами, что ужасно, потому что я не знаю, как с этим справиться. Она должна была разозлиться, должна была дать мне отпор и поставить на место, а вместо этого, девушка едва сдерживает слезы, потому что я задел ее из-за своей дикой ревности и не вовремя проснувшегося собственничества.

— Черт, извини! — чувствуя себя идиотом, потому что не привык извиняться, морщусь я. — Прошлоеневажно, я сам не монах и не могу что-то предъявлять тебе. Просто мне сносит крышу при мысли о тебе с другими мужиками! Я хочу стереть с лица земли каждого, кто прикасался к тебе!

Она не отвечает. Все еще борется со слезами, а потом одна слезинка все же вырывается из-под ее века и ползет по щеке. Соня тихо всхлипывает, прежде чем посмотреть на меня обвиняющим взглядом.

— Если их было сотни, что тогда? — с вызовом спрашивает она, хотя слезы теперь свободно текут из ее глаз. — Ты все еще хочешь меня? Не чувствуешь отвращение? Не считаешь меня грязной шлюхой?

Нет. Я все равно ее хочу, она моя. О чем и заявляю ей, но Соню это ничуть не успокаивает.

— О, я уже выяснила, что тебя тянет ко мне, тебе не помешало то, что я стукачка и предательница. Но это дает тебе повод унижать меня словами, Макс! Думаешь, мне нужен рядом мужчина, который относится ко мне, как к чему-то второсортному? Который не уважает меня?