Книга Жена Джалала. Вернуть свое, страница 65 – Злата Романова

– Ну, как ты? – задаю глупый вопрос, потому что не знаю, с чего начать разговор.

Он только что потерял своего отца и я не знаю слов, которые могли бы утешить его. Хорошо хоть, что Булат держится стоически и ничем не показывает своего горя. Ему намного сложнее было сдерживаться, когда недавно мы потеряли нашу милую Раяну. Бедняжка только начинала жить, но погибла, не дожив даже до двадцати лет. Такое ощущение, что на семью Тагировых легло чье-то проклятие, потому что члены этой семьи продолжают умирать один за другим, а началось это с моего… С Джалала.

– Нормально, – говорит Булат, серьезно глядя на меня темными глазами. – Нам нужно обсудить кое-что важное, Аза.

Его тон достаточно напряжен, чтобы я забеспокоилась. Обычно Булат очень мягок со мной. Он старается не приближаться ко мне на слишком короткое расстояние и неизменно разговаривает спокойным, мягким тоном, словно я дикий зверек, способный убежать в ужасе от любого неосторожного слова. Я сама создала у него такое впечатление,когда категорически отказалась подпускать его к себе после нашей свадьбы вскоре после смерти Джалала, и Булат решил, что я так реагирую, потому что его брат плохо со мной обращался. Он счел меня несчастной, забитой жертвой домашнего насилия и я не стала его переубеждать, потому что не хотела вступать с ним в брачные отношения, а он не стал настаивать на своих правах, как это сделал когда-то Джалал.

А уже через пару месяцев, Булат и вовсе переехал из этого дома в городскую квартиру, а меня вообще перестал воспринимать, как жену, общаясь со мной так же, как и с любым другим членом семьи. Тогда мы этого не знали, но оказывается, он встретил девушку, в которую влюбился, и тайно женился на ней, скрыв от семьи, и хотя отец, узнав правду, заставил его развестись с ней, ко мне он ближе после этого не стал и я только рада, потому что с годами начала воспринимать его скорее как брата или кузена, а не как мужа, на что надеялся мой свекор, мечтающий о внуке – продолжателе рода.

– Об этом известно очень немногим людям, но ты должна знать правду, потому что в ближайшее время тебе придется провести под строгой охраной, – начинает говорить Булат. – Папа умер не из-за проблем с сердцем, Аза. Его убил Джалал. Он, оказывается, жив.

Эти слова наваливаются на меня тяжелой каменной грядой. Джалал жив. Джалал умер. Как же легко эта семья обрушивает на меня новости, которые разрывают в клочья то, что осталось от моего сердца! Что мне делать? Какую реакцию проявить, когда оплакивать мужа-предателя, убившего собственного брата, запрещается, как бы сильно я не любила его, как бы моя душа не разрывалась от боли после его потери? И как скрыть тот факт, что сейчас мне хочется плакать столь же сильно, как в день его смерти, потому что невозможно передать моего горя по той глупой, наивной девочке, которая искренне влюбилась в монстра и даже зная все его грехи, даже слыша, что он и своего пожилого отца не пожалел, встрепенулась, подняв голову, где-то глубоко внутри меня, просыпаясь после пятилетнего сна?

Булата, кажется, не удивляет моя истерика. Он терпеливо ждет, легонько похлопывая меня по плечу, пока я рыдаю навзрыд, согнувшись пополам в кресле, в котором сижу. Мне настолько больно, что сердце, кажется, вот-вот остановится.