Книга Перепутали спальни. Отец подруги, страница 16 – Ксения Фави

Хорошо, что мечтая, я следил за каждым ее движением. Поэтому, когда она, взмахнув рукой, поскальзывается, я вмиг оказываюсь рядом. Ловлю Злату в свои объятья. Она даже вскрикнуть не успевает.

Аромат ее разгоряченной кожи оглушает. Я уже чувствовал его в ту ночь в номере и списал на парфюм. Но вряд ли она надушилась в сауну.

Сладковатый, какой-то ягодный, но с долей пряностей. То барбарисом отдает, то перцем.

Голова кругом.

— Мм! — Злата дергается в моих руках.

— Вы в порядке? — хмурюсь.

Чего она мычит?

— М!

Так, нужно вынести ее из жары. Там и поговорим.

Подхватываю ее на руки. Плечом открываю дверь и выношу к бассейну. Она моргает и крепко держится за мою шею. Я взял ее под колени и под мышку, немного пальцами сминаю мою прелесть. Одну из прелестей… Боги, какая у нее грудь!

Ну да ладно… Уже заезженная пластинка. Как там ее самочувствие?

Опускаю девушку на лежак вместе со всеми прелестями. Так и молчит, только таращится. Кладу ладонь ей на лоб. Горячий!

— Секунду.

На столике между лежаков деревянные ящички со свернутыми небольшими полотенцами. Беру одно и окунаю в бассейн. Отжимаю, возвращаюсь к Злате. Кладу прохладную ткань на ее лоб.

Ее губы, подсохшие, но все же пухлые и соблазнительные, рядом. Сколько там сантиметров до того, чтобы взять желаемое? И разгребать последствия потом…

— Мне лучше.

Голос хрипло прорезывается, а за ним тонкие пальчики, мимолетно касаясь моих, убирают компресс.

— Голова от жары закружилась? — я тоже охрип.

Садится на лежаке, мотает головой.

— Я поскользнулась случайно… А потом у меня голосовые связки заморозились. От испуга. У меня так бывает, — трет горло, — простите, не смогла сказать, чтобы вы меня не тащили.

Хмыкаю. Вот же. Спасатель Малибу.

— Пустяки, — прокашливаюсь, — а что это с голосом?

Морщит лоб.

— Бабушка говорит, меня напугали в детстве. Но подробности не рассказывает, а сама я не помню. Вообще это жить не мешает. Почти… Тогда в номере я не сразу смогла закричать. Наверное, не надо это вспоминать…

Да, если бы завизжала сразу, то я бы не потрогал их. Возможно, было бы легче.

Хотя эта юная женщина все больше интересует меня всем существом. А не только сиськами.

Так спокойно рассуждает о том, что другогобы привело в панику. Просто поскользнулась, просто голос пропадает. Кажется, она не любит жаловаться и ныть.

— Воды все-таки надо выпить, — иду к кулеру неподалеку и наполняю стакан, — держите.

— Большое вам спасибо.

Она уже встала, пьет из стаканчика. Смотрит из-под ресниц.

Интересно, уже считает меня за идиота? Или, может, заметила мой интерес? Или ей ровно на меня совсем.

Хм, когда в последний раз меня волновало, что обо мне думает женщина?

Давно, очень давно… Если не брать в расчет мысли — а не собралась ли за меня замуж очередная содержанка? Вот тут я хотел залезть к ним в голову.

В случае же со Златой… В случае с ней мне лучше переживать за свои реакции!

Потому что пока я размышляю и пялюсь на нее, мой организм вновь почуял подходящую самку. В самом уважительном смысле этого слова! У моего члена к Злате вообще самые лучшие чувства. Давно бы прискакал к ней с кольцом и планами на парочку детей. И никогда б не расставался.

Но я пока еще тут рулю, как существо разумное. И не уверен, что из нашего сближения выйдет что-то хорошее для всех. Особенно для нее. И для моих отношений с дочкой.