Книга Перепутали спальни. Отец подруги, страница 21 – Ксения Фави

— Торопитесь? — он словно подслушивает мысли. — Хотел на рынок заехать по дороге. Знакомый продавец позвонил, закоптил хорошую рыбу.

Аж слюнки побежали.

— Рынок по пути до станции?

Таханов морщится.

— До какой еще станции?

— Лиза не говорила, что меня нужно подвезти на электричку? — теперь удивляюсь я. — Мы с ней всегда так делаем.

Борис кивает.

— Молодцы. Мотаться на Лизкиной таракашке за город небезопасно. Хотя ябы вас и на ней до дома довез. А на своей тем более.

— Это далеко! — протестую.

— Всегда мечталпобывать в Медвежинске.

Что?!

— Да вы не знали про наш городок!

Ухмыляется. Вот уж точно джентльмен. Надо ему таскаться.

— Тогда я бы тоже взяла кусочек рыбы…

— Вот, это по-нашему.

Мне все еще не хочется, чтобы Таханов ехал к нам домой. С другой стороны, мы немного сбросили напряжение и настроились на добрый лад. Так что к лучшему.

Да и все равно мне его не переспорить.

Оказывается, он уже проложил в навигаторе кратчайший путь от базы до Медвежинска. А нужный рынок нам по дороге. Он тоже в каком-то городке.

— Не думала, что вы ездите на рынки.

Ну вот, расслабилась и снова ляпнула не то.

— Хм. Некоторые продукты не найти в элитных магазинах. Например, здесь прямые поставки с Дальнего востока. У владельца своя коптильня. Если что, все санитарные нормы соблюдены. А для меня он среди своей годной продукции отбирает самую лучшую.

— Вам повезло, — улыбаюсь.

— За годы работы с недвижкой оброс самыми разными связями.

Здание рынка двухэтажное, с закругленными краями. Много тонированных окон. А еще много машин возле и народу прилично, несмотря на будний день.

— Хороший рынок, видимо, — бормочу, вылезая из машины.

Таханов закрывает ее, шагает вперед. Тороплюсь за ним.

Недалеко от входа мужчина останавливается и ждет, когда я поравняюсь с ним. Подхожу, а он вдруг протягивает руку.

— Держитесь. А то можно и потеряться здесь.

Сейчас у всех телефоны, и я не маленький ребенок. Но что-то заставляет взяться за широкую ладонь. Крепко взяться, вбирая ее тепло.

Пользуешься случаем, Злата?

Впрочем, народ и правда снует. Нас даже толкают. Так, что моя ладошка чуть не выскальзывает из мужской руки. Тогда он берется удобнее, переплетает пальцы…

Это… как-то уже не по-дружески! Еще как будто на инстинкте Таханов время от времени поглаживает большим пальцем мою кожу.

На меня словно накинули сеть — не могу сопротивляться. И не хочу?

Что ж, надо признать, мне далеко не противно.

Фу-ф…

— Вот здесь, — наконец, говорит Таханов.

Пропускает меня вперед в киоск с прозрачными стенами. Рыбы здесь не так много — три открытых холодильника. Но видно, что качество ее на высоте. Копченая — идеально розовое филе в вертикальном разрезе, с золотистым отливом.

Заморозка тоже хорошо выглядит.

— Привет, Василий. Как оно? —здоровается Борис.

— Привет! Пока есть, чем торговать. На прилавки не смотри, я тебе отложил.

Таханов подводит меня к проходу в служебный закуток и отпускает руку. Хоть голова у меня еще немножечко кругом, замечаю большой закрытый холодильник. Оттуда продавец достает товар для Таханова.

— Девушке тоже положи парочку не сильно соленых.

Он про меня? Лизу бы назвал дочкой.

— Мне много это! А бабушке нельзя…

Не вру в целом. Да и цена слишком большая выйдет.

— Ладно, давай одну. Но хорошую, — Борис не спорит.

— Угу.

Низенький деловитый продавец с темной бородкой возвращается к нам. По годам он чуть старше Таханова, но выглядит таким уже возрастным мужичком.