Книга Контракт с подонком, страница 129 – Янка Рам

- Потому что сирота, - простецки разводит руками Виктор Иванович.

- Ясно... - понимающе кивает Одинцов, глядя мне в глаза.

- Ну всё, Андрей Григорьевич, - жмут руки. - До встречи.

Одинцов тянет руку мне, пожимаю. Долго держит.

- Макс... - кивает мне Виктор Иванович.

Выхожу следом за ним.

- Ты смотри ушлый какой! Чего он к тебе прицепился?

- А... мм...

- На ходу подмётки рвут! Специалистов перекупают. Акулы! А ты не дёргайся, я тебе зарплату повышу. Хороший ты пацан. Соображаешь.

- Ааа... Да? Класс.

- Жене подарок купишь. В ресторан сводишь.

- Было бы неплохо!

Покупаю для Ланы букет. Телефон я ее так и не взял, поэтому пишу записку от руки на французском. Софья Алексеевна заставляет ее учить, я уверен. Пусть будет практика.

Пишу в стиле Наполеона Жозефине.

“Дорогая моя Мелания, падение мое в пропасть ваших сиреневых прекрасных глаз бездонно. Спасите мое сердце… подарите мне один вечер! Я буду ждать Вас в “Айвенго” сегодня в девять. Если сердце ваше не будет милостиво ко мне, мое - разорвется.

Ваш верный слуга - Максим.”.

Улыбаясь, отправляю цветы с курьером.

Но на душе все равно неспокойно. Я пытаюсь отыскать в себе причины этого беспокойства. Что за заморочки, Макс?

А заморочка живёт где-то в том месте, где и Софья Алексеевна. Оскорбится за сироту... Всё-таки, как не верти, бедным сиротой я не был никогда в ее доме. Зря я так, наверное. Сирота я скорее по матери. Вот её не было. А Софья Алексеевна была…

Софья Алексеевна с утра сегодня молчит, поджав губы. Вчера у нас был Одинцов, и после встречи с ним, настроение у нее адское. В доме гнетущая тишина, словно у нас опять похороны.

Но, ведь, наоборот...

И все молчат вместе с ней, не смея нарушить тишину. Нам подают чай. И к нему пирожное.

Мне безе "Пачку Павловой", а Алексу шоколадное.

Я смотрю на его пирожное, а он на мое.

Хочу шоколад...

Алекс отодвигает своё. Показывая, что есть не будет.

- Алекс... - шепчу я. - Поменяемся?

Медленно двигаю свою тарелку в его сторону, пока Императрица не смотрит.

Он наблюдает за этим. И... Сдвигает свою в мою сторону.

Меняемся, перехватывая наши новые десерты.

- Мелания... - недовольно.

- Да, Софья Алексеевна.

- Что ты делаешь?

- Мгновение радости.

Отламываю кусок мягкого шоколада, отправляя в рот. Закрываю глаза от удовольствия.

- Ваши десерты подбирает нутрициолог. У тебя белковый десерт, потому что по твоим анализам тебе нужен дополнительный белок. У Алекса шоколадный, потому что ему необходим магний и триптофан.

- Простите нас, Софья Алексеевна, - улыбаясь, пожимаю плечами. - Сегодня наши организмы предпочли неполезную радость и серотонин. Но я буду помнить, что десерт - это не просто так.

Опять повисает тишина.

Прокашливаюсь.

- Я хотела бы всем напомнить, что у Максима сегодня День рождения.

- Все помнят, - поджимает губы Софья Алексеевна. - Разве что Лидия, запамятовала. Так немудрено...

Лидия очень плохо выглядит в последние дни, надо заметить. И вообще ее не слышно, не видно с момента, как ушел Максим. И сейчас она сидит, не ест, только пьет.

- Софья Алексеевна!.. - обиженно задирает подбородок Лидия. - Мне иногда кажется, Вы забываетесь. Я не сирота, которую Вы воспитываете из жалости. У меня два высших образования, уважаемая семья в Риге и...

- ...и очередной запой. Это ты, моя дорогая, забываешься. А твою уважаемую семью я уже лет десять содержу. И закрываю кредиты! Последний был на сто тысяч долларов, за катер. Скажи мне: уважаемая семья позволяет себе расходы, которые не может оплатить?