Книга Контракт с подонком, страница 77 – Янка Рам

- Давай забьем, а? - свожу брови. - Людям по-приколу... Зачем лезть?

Вздохнув, Лана задумчиво стучит коготками по телефону. Лопнувшему и потертому динозавру.

Мне становится немного стыдно, что я убрал с глаз ее подарок от Яна. Но и покупать другой глупо, потому что два раза уже позволил принять этот.

Но совесть не слишком долго гложет меня. Секунды три.

Гораздо больше гложет меня другое...

- Займись лучше мной, - падаю рядом на кровать.

- А что мне за это будет? - хлопает ресницами.

- Какая ты корыстная! Всё... что захочешь... - облизываю от нетерпения губы.

- Завтра мы едем волонтерить в центр.

- Ладно.

- А сегодня, у меня урок по латинской языковой базе. И мне нужна твоя помощь.

- Забей.

- С ума сошел? Софья Алексеевна столько заплатила за эти уроки!

- Это мои деньги! - психую я.

- Хватит, - закрывает ладонью мне рот. - Давай, сойдёмся на том, что Софья Алексеевна хранитель твоих денег. Она же не тратит их, а умножает. А ты пока - безответственный балбес.

Стаскиваю ее руку со своих губ.

- Ты меня должна любить, а не ее! - возмущаюсь я. - И меня оправдывать!

- Ах... Я и так тебя оправдываю, - закатывает глаза.

- Вернёмся к нашим баранам. Что мне будет за волонтерский центр?

- Ну не знаю...

Ловлю ее, подминая торсом под себя.

- Минет? - шепчу в губы. - Я завидую Алексу...

- Ты обалдел, Данилевский? - распахиваются возмущённо ее глаза.

- Нет? - жалобно свожу брови.

- Нет!!

- Ладно... Тогда... вместе в душ.

- Не не не... - начинает барахтаться.

- Окей! Ты моешься в душе, я смотрю.

- Нет!

- Да ё-моё! Ладно... Начнем издалека. Бесконечное количество поцелуев сегодня.

- Мм...

- Соглашайся!

- Ладно, - прикусывает губу, на щеках расцветает румянец. - Но только до полуночи!

- А что потом? - угораю я. - Превратишься в тыкву?

- Дурак! - хихикает.

Закрывая глаза со стоном, облизываю свой "пончик". Сахарный... горячий и нежный. Сердце лупит как ненормальное. И я счастливый как неприкаянный идиот.

Не торопясь, со смаком нацеловываю желанный мягкий рот.

И так хочется дразнить ее...

- Ты уже влюбилась в меня, гусеница? - шепчу в трепетные губы.

- Вот ещё... - улыбается, задыхаясь. - У меня все по расчету. Сегодня поцелуи, завтра центр.

- Требую повысить завтра ставки.

- Ты опять со своим минетом? - шипит на меня.

- Дыа... - с шипением впиваюсь глубже.

- Ммм!... Нет!

- Ну, почему? Это же круто... Вот так... - трахаю ее рот языком, с горячими стонами.

Мыча, опять пытается выкрутиться.

- Ну, тихо! - рычу на нее, и целую снова глубже, шепчу и снова целую. - Это мой рот... самый... вкусный... теплый... влажный... любимый рот... И я его очень хочу... Только его...

И, упиваясь, забываю о чем мы вообще. Улетаю от кайфа, с опустошенной счастливой башкой. Быть может, первый раз в жизни не парясь, о том достаточно хорош ли я, и все ли делаю как надо.

Просто растворяюсь в поцелуях...

Я заболела...

Максим улетел с Софьей Алексеевной в Европу без меня. Не могу сказать, что я слишком уж расстроена. В моей вселенной мне всё ещё крайне далеко до путешествий по Европе. Я еще где-то между своей съемной комнаткой и попытками найти работу. Происходящее же с Данилевским - сюр и сон. Который грозится закончиться каждый день. Так что эту возможность я видела скорее уж как нечто сказочное. А уж наши смотрины у европейской знати и необходимость общаться с ними, больше вызывали панику и смущение, чем энтузиазм. С меня достаточно и гастрономических изысков африканских "наших" парнеров!