Книга Всего лишь бывшие, страница 27 – Ольга Рузанова

Толчок в грудь на мгновение обезоруживает. Остатки разума твердят, что это провокация, на которую нельзя поддаваться ни в коем случае. Однако желание ударить в ответ бьет кровью в голову.

— Послушай... - говорю, позволив себе два глубоких вдоха, — Я действительноне хочу видеть тебя. Это нормально, когда стремишься избежать столкновений с неприятным прошлым.

— Понимаю, — откликается он, чуть склонив голову набок.

— Это не значит, что я злюсь и все еще обижаюсь. Дело не в тебе, а в том, что я не хочу вспоминать те идиотские полгода.

Наверное, я немного лукавлю, не договаривая часть правды, но ему, уверена, это знать не нужно. Я не хочу оглядываться назад и видеть себя слабой и зависимой, серым ничтожеством в слезах и соплях, какой я была после нашего развода.

— Но ты меня ненавидишь, — заявляет Давид так уверенно, что вызывает невольную улыбку на моем лице.

— Я не буду говорить на эту тему. Ты можешь думать так, как хочешь, — прочищаю горло, когда голос начинает хрипнуть, — Но об увольнении я думала еще до твоего прихода в компанию.

— Почему? С чем связано твое решение?

— Много сотрудников уже уволились...

— Из-за кризиса?

— Да.

— Ситуация в корне изменилась, — говорит он, — Если это единственная причина твоего решения поменять место работы, то ее больше нет.

— Ты так уверен в себе?

— Сделать из Базика конкурентноспособную фирму не так сложно, как кажется. Поэтому я и сказал тебе, что справлюсь с задачей раньше, чем за шесть месяцев.

Я замолкаю, дав себе возможность задвинуть эмоции и думать головой. Вытерпеть его четыре месяца, две недели из которых уже прошли, или попытать счастья на рынке труда? Без каких либо гарантий, разумеется.

— Зачем тебе мои предложения по оптимизации?

— Хочу посмотреть, на что ты способна, Ксения.

Верно, с этой стороны Давид меня совсем не знает. Я училась в универе, когда мы начали встречаться и поженились. Учеба отошла даже не на второй план. Мы оба были сконцентрированы друг на друге, и о моих лекциях и его работе почти не разговаривали.

— Для чего?

— В вашей компании будет небольшая реорганизация. Договорной отдел будет выведен в отдельное подразделение.

— И?.. — задерживаю дыхание.

— Ему нужен будет руководитель, Ксения.

— Он уже есть. Колесник.

— Она не тянет, — заявляет Росс.

Успокоившийся было пульс вновь срывается и взмывает вверх. Лежащие на коленях руки, словно пытаясь удержать его, сжимаются в кулаки.

— Считаешь, я потяну?

— В тебе достаточно упорства и злости для этого, — отвечает он негромко, — Думаю, да,потянешь.

Ксения

— Мне подняться? — спрашивает в трубку Савелий.

— Нет!.. — отвечаю по громкой, бегая по квартире, — Если ты поднимешься, то захочешь чаю, и тогда мы вообще никуда не поедем.

— Тогда шевели задницей!

— Пять минут, — бросаю я и, пролетая мимо стола дивана, на подлокотнике которого лежит телефон, сбрасываю вызов.

Я уснула после обеда и сильно проспала. Прям очень сильно. Не ожидала от себя такого, потому что избавилась от привычки прикладываться к подушке днем еще три года назад.

Но в последнее время моя жизнь из стабильной и упорядоченной превратилась в ломаную линию с перепадами настроения и скачками эмоционального фона.

Мне не нравятся эти изменения. Я почти паникую.

Вчера, после разговора с Россом в ресторане я намотала десять тысяч шагов по центральному скверу и, сдавшись, набрала Таню, психолога, на сеансы которой я не ходила вот уже почти два года и была уверена, что больше не пойду никогда.