Книга Нуждаясь в надежде, страница 79 – Роза Аркейн

Тем более, вспоминая, что когда-то это была мамина машина, я как будто чувствую связь с ней через неё. Вспоминая о том кошмаре, я съеживаюсь, льдисто голубые глаза моей матери не отпускают меня. То, как они смотрели на меня – это была полная безнадежность, потерянность. Она сдалась, принимая свою участь.

Не появись Кирсан в моей жизни, пошла бы я по её следам? Приняла бы свою судьбу и обрекла себя на жалкое существование? Не то чтобы моя жизнь была пустым существованием, только вот всегда был шанс, что я смогу ускользнуть.

Сейчас я чувствую именно это. Я чувствую некую свободу, я чувствую себя счастливой. Особенно тогда, когда Кирсан рядом.

Я люблю его. Прошлая ночь доказала мне это. Есть ли шанс, что мои чувства взаимны?

Он постоянно зовёт меня своей. Он заботится обо мне, он нежен со мной и рядом с ним бабочки порхают в моём животе.

Мне хочется признаться ему в своих чувствах. Они настолько всепоглощающие, что это опьяняет. Когда мне казалось, что Кирсан заснул, я сказала, что влюбляюсь внего. Мне было страшно тогда. Однако что случится, если я просто скажу ему всё и буду честной?

Улыбка спадает с моего лица, когда я заезжаю на подземную парковку. Я паркуюсь поближе к лифту, чтобы я быстро могла зайти и выйти. Беспокойство скручивает мой живот, пока лифт везеёт меня наверх.

Когда знакомый сигнал сообщает о том, что я прибыла, я медленно выхожу, прислушиваясь. Гудящая тишина встречает меня, и я просто направляюсь быстрыми шагами в свою комнату.

Воспоминания о последнем инциденте отдаются тупой болью в запястье. Я сняла уже бинты, место ожога обросло коркой. Только иногда фантомная боль напоминает о себе. То, что тогда произошло, не только лишило меня моей татуировки, оно что-то переключило у меня в голове.

Возможно, это было последней каплей, после чего вода начала выливаться из стакана. Только вот теперь я не хочу сбегать. Я хочу бороться. Тем более я не позволю своему отцу так больше поступать со мной.

Взяв небольшую спортивную сумку, я нагружаю туда свою самую необходимую технику и собираю вещи, дорогие моему сердцу.

– Ты переезжаешь? – слышу я тонкий и обеспокоенный голос своей сестры.

– Аметист, – поворачиваюсь я к ней, держась за сердце, которое бешено бьётся в моей груди. – Ты меня напугала.

– Прости.

Я встречаюсь с ней глазами и хмурюсь. Она выглядит измотано, глаза налиты кровью, тени под ними дают о себе знать. Даже её поза другая. Она сутулится, стоит неуверенно.

Может ли быть так, что отец теперь ополчился на неё? Я быстро выкидываю это из головы, ведь это невозможно. Она всегда была его любимицей, и он открыто высказывался об этом. Тем более они работали вместе, и он неоднократно говорил о том, что его наследие в надёжных руках.

– С тобой всё в порядке? – интересуюсь я, закрываю сумку и встаю, держа её в руках.

Не ответив, она указала подбородком на сумку. Она ждёт ответа.

– Да, – выдыхаю я.

– К Колту? Папа ничего не говорил об этом, – из её голос сочится обида и боль.

Но что я могу сделать? Мне самой больно от того, что мы никогда не были близки. Только это не её вина и не моя.

– Нет, не к нему, – набравшись храбрости, говорю я.

– Он что-то сделал?

Её поза и голос сразу меняется. Она звучит, как мама медведица.

– Я никогда не хотела выходить за него замуж, Аметист. Итан навязал мне это.