Онлайн книга «Молох»
|
– Я бы согласилась… Я бы влюбилась в тебя с первого взгляда и точно бы переспала с тобой на первом свидании. – Это так аморально, – сказал Кир, лизнув ее мокрое плечо. – Ужас, – согласилась она, повторяя его осуждающую интонацию: – Это какой надо быть шлюхой, чтобы заниматься сексом на первом свидании… – И на втором, и на третьем… – Я не хочу расставаться, – вдруг выпалила Ева. – Почему мы должны расстаться? – он посмотрел ей в лицо. – Ты снова разводиться со мной собралась? Ева была смущена, разрумянена и словно напугана своими же словами. – Нет. – И я нет, – спокойно сказал он. – Значит, мы не расстанемся. – Я серьезно, – прошептала она, вглядываясь в темноту его зрачков. – Мне иногда так страшно… Что я останусь без тебя… – У тебя есть хоть одна причина, чтобы нам не быть вместе? – Нет. Раньше были, а сейчас – нет. Ни одной. Сначала я думала, что мы друг другу не подходим, не сможем быть вместе, но мы же как-то смогли. Мне всё равно. Совершенно на всё наплевать. Как это будет. Сколько продлится… Даже если кончится через неделю, месяц… – И у меня нет ни одной причины. Тоже кончились. Я люблю тебя, моя птичка. И никому не отдам. Не дай бог твой Николаша появится... Его слова пьянили не меньше алкоголя. Так же будоражили кровь, кружили голову и на какой-то момент лишили дара речи. Кир собирался ее поцеловать, но так и замер в миллиметре от чувственного рта. – Поцелуй меня, – тихо попросила она. Подушечкой большого пальца он провел по ее влажным губам. И просить не надо – сам не мог обходиться без этой ласки. Любил ее целовать. Хотел. С того первого дня. С той минуты, как она села на стул, а он, положив руки на ее обнаженные плечи, ощутил своими горячими ладонями их трогательную беззащитность, обнаженную хрупкость и свое к ней желание. Ничего у них еще не было, но он уже хотел, чтобы всё случилось. Его будто током тогда ударило. Не отличаясь постоянством связей, не нуждаясь в постоянной любовнице, он вдруг захотел ее себе. Чтобы она была только с ним, и никто больше к ней не притронулся. А потом эта борьба. Железобетонных доводов рассудка и безрассудным желанием постоянно быть с ней, видеть ее рядомс собой, и бесплодные, так ни к чему и не приведшие попытки держать ее от себя подальше. Кир жадно приник ее приоткрытым губам, и всё, что недосказал, пытался скрыть, стало ей понятно. И голод его, и упрямство, и ревность, которую не хотел показывать. Ева размякла от их долгого жаркого поцелуя, но у нее хватило сил утянуть его в ванну. — Иди ко мне… Кир завалился к ней, она перевернулась и, оказавшись на нем, продолжила его целовать. Потом, оторвавшись от его губ, перегнулась через бортик и взяла с пола бутылку. – Мы должны ее допить. В голове приятно шумело, и Ева поняла, что наконец готова сказать ему всё. То важное, о чем раньше молчала и боялась говорить. То самое главное, о чем в последнее время так часто думала. – Мне не признание твое нужно, не чтобы ты просто сказал мне эти слова. В них нет смысла, если в душе ты любовь презираешь. Мне нужно, чтобы ты не отрекался от чувств... – Птичка моя любимая, я давно уже не отрекаюсь ни от каких к тебе чувств. – Когда это давно? Мы целую неделю не виделись. – Вот целую неделю и не отрекаюсь, – посмеялся он. – Тогда скажи еще раз, – попросила она. |