Книга Скиф, страница 1 – Оксана Сергеева

Глава 1

Молох. Скиф. Чистюля. Они самые настоящие звери. Грешники. Свободные, всевластные, всесильные. Хищники, в которых не осталось ничего человеческого. В их глазах нет света, в их черных сердцах давно нет жалости, в их порочных душах нет места чувствам.

Любовь – их самое страшное наказание. Она сильного делает слабым, неприкасаемого – уязвимым, бесстрашного наделяет страхами.

Любовь может поработить даже самую свободную душу.

Первая книга цикла: МОЛОХ. (История Кира и Евы).

***

Любовь. Отношения. Семья. Не для него это всё. Не про него. Максима Виноградова разгульная жизнь устраивала, и он ничего в ней менять не собирался. Так и жил, всё реже вспоминая прежние потери. Смирился, очерствел, закаменел. Влачил бессмысленное, пустое существование, пока Лизка не появилась…

***

– Кто бы мог подумать, что самым большим извращенцем из всех троих окажется Чистюля. Мало ему одной проститутки, в этот раз он решил две шлюхи с собой привезти, – посмеялась Ева, усаживаясь рядом с Лизой.

Подруги устроились на террасе, но не у самого бассейна, а чуть подальше от мужчин, на полукруглом диване в окружении зелени. Хотели немного посекретничать. В последнее время им не так часто удавалось побыть наедине, поскольку Молохпрактически не отпускал жену от себя. Оно и понятно: у парочки медовый месяц. Им никто не нужен.

– Илюша, а как твою вторую подружку зовут? – крикнула Ева, не заботясь, что обе «подружки» плескались в это время в бассейне и прекрасно ее слышали.

– Марта! – ответил Керлеп.

– Тоже Марта?

– Да!

– А как ты их различаешь?

– Никак не различаю!

Ева рассмеялась, заметив, что Лиза даже не улыбнулась.

– Лизок, ты чего?

– Ага, Чистюля две проститутки с собой привез. Наверное, поэтому Скиф одну из них весь день на велосипеде катал, – раздраженно ответила Лизавета, почувствовав неконтролируемый приступ ревности.

Ева перевела взгляд на Скифа, который колесил по деревянным мосткам вокруг главного дома.

– Не придумывай. Скиф не из стеснительных. Если бы хотел, жил с ней в своем домике и не прятался.

– Я не придумываю. Видела, как она сегодня от него выходила, – уныло произнесла Лизавета.

– Может, ее Чистюля зачем-нибудь послал, – предположила Ева.

– Ага, за презервативами.

– Допустим, за презервативами. Почему нет? Или что-то передать хотел…

– Ага, дружеский минет…

– Блин, Лиза, я тоже к Максу в домик заходила, хотела посмотреть, как он устроился. И что теперь? – Ева попыталась отвлечь подругу от дурных мыслей, хотя прекрасно понимала, что бесполезно взывать к голосу разума, когда душа горит от страсти.

Чтобы не ревновать, надо не любить. А Лизка Скифа любила. Она сохла по нему, была без памяти в него влюблена. Тосковала душой и телом, и ничто не могло утолить это душевно-телесное томление. Ни жаркое Мальдивское солнце, ни горячий песок, ни теплое море.

К слову, Скиф вроде бы тоже питал к ней нежные чувства, но их отношения почему-то никак не сдвигались с мертвой точки.

– Как подумаю, что он там с ней делал, аж тошнит… – пробормотала Лизавета и завозилась на диване.

– Если бы Виноградову нужна была шлюха, он бы припёр с собой ту рыжую шалаву, – все-таки отметила Ева.

– Не напоминай, – еще больше помрачнела Третьякова.

О похождениях Скифа Лизке было известно из первых уст. Эскортница Паулина в красках расписала, сколько раз и как именно Виноградов ее имел.