Книга Дача для Забавы, страница 90 – Дирижабль с. чудесами

— Они вот только подошли! Я сам видел, — выкрикнул мужик позади них.

— Приди в себя, Анфиса! — возмутилась какая-то женщина.

Но соседка уже никого не слушала. Истерика, копившаяся в ней, нашла выход. Её трясло, слюна брызгала с губ.

— Ведьмы! — завыла она, и в голосе этом был древний, суеверный ужас. — Они морок навели! Они мужа моего приворожили! А теперь решили и дом спалить!

— Если б я хотела спалить твой дом, — возразила Тася, — То с чего бы стала поджигать сарай?

— Вот! Вот! Слышите! Она призналась, что сарай подожгла!

Спокойный и ровный голос Натальи прозвучал у Таси за спиной.

— Не спорьте с ней. Уходите, — сказала она.

Но Анфиса уже вцепилась в зрителей бульдожьей хваткой и не могла остановиться.

— Давайте, давайте! Защищайте их! Когда будут гореть ваши дома, я посмотрю, как вы запоете! — выкрикнула она, обращаясь уже ко всем соседям. Её палец, дрожащий и обвиняющий, ткнулв сторону Таси. — У этой коней в расход пустить — она сама съедет! А за ней и эта сбежит! — она перевела взгляд на Забаву, полный такой лютой ненависти, что у той внутри всё будто инеем покрылось.

Из толпы протиснулся муж Анфисы. Он робко потянул жену за рукав.

— Фиса, ну хватит, успокойся… Пожарные тут, всё…

— Отстань! — она рванула руку, выдернув её из его пальцев. — Все против меня!

Она подтянула пса поближе. Забаве показалось, что ещё чуть-чуть и собаку спустят с поводка.

— Анфиса, угомонись, — прогремел тихий голос Натальи. — Получила своё, не кликай новых бед.

И злобная соседка вдруг послушно отступила. Ноздри Анфисы всё ещё раздувались, но решимость оставила её.

В этот момент пожарные добили последние язычки пламени. Сарай представлял собой теперь лишь чёрный, дымящийся остов, обильно политый водой.

Наталья развернулась и пошла в обратную сторону, прочь от чадящего остова сарая.

Ждать, когда Анфиса снова распалится, Тася с Забавой тоже не стали.

Тася качнула пустые вёдра.

— Не пригодились, — расстроилась она.

— Получила своё — переспросила Забава у Таси. — Что она имела в виду? Это за подклад?

Женщины переглянулись и поспешили догнать Наталью.

— За что она так взъелась на нас? Она что, сумасшедшая? — спросила Забава, едва поравнялась с гадалкой.

— Если б на тебе такая раскормленная лярва сидела, ты бы тоже со всеми подряд лаялась. — бросила, не оборачиваясь, Наталья.

— Лярва? — переспросила Забава.

Она слышала это слово, но вспомнить, что оно означало — не смогла.

— Паразит, — объяснила Наталья. — Сидит на шее, силы пьёт. А будете цапаться с ней — подхватите таких же.

Тася, нахмурившись, переваривала услышанное.

— И откуда у неё такой паразит?

— Всё просто, — Наталья говорила спокойно, будто объясняла простые истины. — Мелкие сущности только и ждут, от кого бы низкими вибрациями подпитаться. А склочный, вечно недовольный человек для них как фонарь для мотыльков в ночи. Вот Анфиса со своим характером и подцепила себе пассажира. И кормит его теперь ежедневно — злобой своей, обидами, криком. А лярвы, хоть и не разумные, умеют влиять. Толкают её на новые ссоры, чтобы корм был сытнее. Так и растёт.

— А вас она почему послушалась? — спросила Забава. — В прошлый раз, когда ее собака на лошадей бросалась,тоже только вы её и смогли заставить пристегнуть поводок.

Наталья повернулась и посмотрела на неё.