Книга Ты мне не братишка, страница 49 – Евгения Паризьена

— О да! — застонала я так громко, что все парни устремили свой взгляд на нас. Тут же имитирую кашель, на что Марк не может скрыть своей улыбочки.

— Я просто подавилась. Кому ещё бутербродов? — со стороныэто могло как-то странно.

— Сестричка мне с колбасой. Сделаешь? — облизывает Марк нижнюю губу, а я на ватных ногах захожу на кухню, чтобы перевести своё дыхание. Открываю холодильник и практически роняю свою тарелку, когда мой братец тут же появляется внезапно.

— Понравилось? Слушай, как только они уйдут, я привяжу тебя к своей кровати и лично разрежу эти шорты ножом. Знаешь, что дядя и мама вернутся только послезавтра? Кому-то очень не повезёт! Готовься мелочь! — посылает он мне свой воздушный поцелуй, а я с трудом сдерживаю своё возбуждение, которое охватывает меня с новой силой.

От лица Полины

Смотрю на календарь и отсчитываю последние деньки. Скоро состоится день Рождение Марка. Дядя Костя запланировал целое мероприятие, посвящённое этому празднику. А я вот ломаю голову над подарком. Держу в руках свой дневник, и мечтаю записать туда что-то пошлое. Ко мне постучалась мама, тут же прячу его под подушку и делаю вид, будто я занимаюсь математикой:

— Мамуль, ты что-то хотела?

— Полина, я поставила пирог в духовку! Нам как раз нужно отъехать с дядей Костей!

— А Марк, куда подевался? — для меня это слишком важно, потому что я боюсь с ним оставаться наедине, а то мало ли чем это закончится.

— Так он уехал ещё с утра! Ох, уж этот праздник! У нас теперь столько забот, что боюсь точно не управимся! Всё я побежала, ты главное не проворонь мой персиковый пирог!.

Одобрительно киваю головой и со спокойной душой спускаюсь вниз, на мне коротенькое серое платье, и мои любимые тапочки. На кухне царит такой приятный аромат, у меня уже потекли слюнки. Открываю холодильник, и достаю колбасу, как тут же слышу позади себя нахальный голос, от чего банка с вареньем падает на пол и вмиг разбивается.

— Смотрите, мелочь проголодалась!

— Марк, ты дома? — почему я так сильно его испугалась? Позабыв, что дверь холодильника открыта, я отхожу от него, как от страшного зверя.

— Как же я мог оставить свою сестричку без поцелуев! Она же специально проигнорировала мою просьбу и не пришла ко мне в спальню, — в его руках шоколадный сироп, и я уже боюсь представить, что он задумал.

— Марк, не делай этого. Он же такой липкий! — у меня трясутся, ноги, я не вижу, куда направляюсь, поэтому случайно спотыкаюсь, и тут же падаю. Мои платье задирается и он улыбается.

— Попробуй какой он вкусный, мелочь! Ну же, я же просто приласкаю тебя! — он поднимает меня за руку, а потом прижимает к своей груди. А потом льёт сироп на мои губы, и слизывает своим языком, а я уже потеряла остатки своего терпения. Хочу его поцеловать, но он будто специально дразнит меня.

— Нет, сестричка! Я хочу полизать твои губки и конкретно тебя возбудить! — он льёт сироп снова на губы, но в этот раз он слишком переборщил с дозой, остатки стекают по моим плечам, скатываясь к моим соскам.

— Марк! Я вся в сиропе! — тем временем его язык, слизывает остаткишоколада с моих ключиц

— Как ты могла, мелочь? Представляешь, что сделает с тобой мама, когда узнает, что ты слопала сироп для моего праздничного торта! Полина, тебя нужно наказать, а самое главное искупать! — он берёт меня на руки, а я понимаю, что он сделает дальше.