Книга Девушка из прошлого, страница 37 – Инна Инфинити

Я не могу появиться перед Кирой в таком состоянии. Надо как-то объяснить ей, что снова не будет школы, а будет больница. Вернётся весь тот ужас, который она перенесла неоднократно.

Мокрые дорожки из слез струятся по лицу. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Надо собраться, надо быть сильной. Я должна. Ради дочки. Что толку плакать, это не поможет вылечить Киру.

Отдышавшись и приведя себя в порядок, возвращаюсь в палату. Кира сидит за столом и рисует.

— Что сказал врач? — интересуется, оторвавшись от альбома.

Сажусь рядом с Кирой и обнимаю ее за плечи.

— Кхм, — прочищаю горло и пытаюсь подобрать слова. — Нам надо переехать в другую больницу.

— В какую? — удивляется.

— В ту, в которой ты лежала раньше.

Кира застывает. Сжимаю ее маленькую ладошку, давая понять, что я с ней, я рядом.

— Все снова плохо, да? — догадывается.

— Нет, что ты. Просто надо хорошо обследоваться.

Конечно, Кира мне не верит. Она очень умная, все понимает. Обнимаю крепко дочку, прижимаю к себе.

— Я очень тебя люблю, зайчик, — голос надламывается.

— И я тебя люблю, мамочка.

Это самые долгожданные слова для меня.

— Все будет хорошо, — обещаю.

Когда Кира в обед засыпает, звоню в клинику и договариваюсь о скором переводе туда. Мне высылают на почту предварительный план лечения и стоимость. Теперь надо звонить Андрею. Это сделать сложно, мне морально тяжело брать у него деньги на лечение нашей с Макаром дочки. Но Андрей ведь настаивает? В итоге решаю написать ему сообщение:

«Привет! Пришли результаты анализов. Плохие. Болезнь вернулась и прогрессирует. Требуется срочный курс лечения. Клиника прислала мне счёт на почту. Это не окончательная сумма, она может увеличиться, если по ходу лечения врачи решат, что требуется что-то ещё»

Прикладываюк сообщению пдф-документ и отравляю Андрею. Он отвечает минут через десять:

«Привет. У меня начинается суд. Когда освобожусь, приеду к тебе в больницу. Надеюсь, не затянется надолго»

Мы с Андреем мало общались эти дни, он больше не приезжал. Просто вечером часов в десять или одиннадцать писал одно сообщение с вопросом, как дела. Я отвечала, что все нормально, и на этом наше общение прекращалось.

Я сейчас вообще ни о чем не могу думать, кроме Киры. Ни об Андрее, ни о разводе. Даже школой заниматься сложно, хотя я все равно это делаю. Спасибо Андрею, что хоть на время, но подарил мне любимое занятие.

Он приезжает через два часа. Говорю Кире, что надо поговорить с врачом, а сама спускаюсь на первый этаж больницы.

— Привет, — Андрей выглядит тревожным. — Все совсем плохо?

Чувствую, как мои глаза наливаются слезами.

— Ну, может, не совсем, но плохо. Нужно проводить новый курс.

Все, не могу больше держать себя в руках, срываюсь на плач. Закрываю ладонью рот и тихо скулю, согнувшись.

— Ну что ты, — крепкие руки обнимают меня и прижимают к сильному телу. В ноздри моментально проникает запах Андрея. Неожиданно он успокаивает и придаёт сил. — Алиса, не плачь, — шепчет на ухо. — Эта болезнь излечима. Хоть и сложно, но излечима.

— Смертность от неё тоже высокая.

Вот зачем я это говорю? Только себя накручиваю.

— Тссс, не думай об этом. Настраивайся на хорошее.

Андрей крепче прижимает меня к себе. Я реву ему в грудь, оставляя мокрое пятно на рубашке с галстуком.

— Алиса, — выдыхает мне на ухо. — Все будет хорошо. Не плачь.