Книга Девушка из прошлого, страница 89 – Инна Инфинити

— С удовольствием. Давай в восемь часов в ресторане у нас на Лубянке? Я пришлю тебе адрес.

— Давай.

Через несколько минут от Гоши приходит точный адрес ресторана, а я пока еду в свой офис, чтобы составить апелляцию на решение суда. Всего четыре часа, а такое ощущение, что этот день длится неделю. Алиса не хочет прикладывать к апелляции результат анализа о том, что отец Киры — я. Согласен с ней. Для формальных процедур нам лучше оставаться чужими людьми в рамках отношений адвокат-клиентка. Так что Алиса присылает мне по почте бумагу от больницы, в которой говорится, что Макар не может быть донором для Киры, так как не является ее биологическим родственником.

Я заканчиваю готовить апелляцию и еду на встречу с Гошей. Плюс учебы на юридическом факультете в том, что после окончания института твои однокурсники идут работать в самые разные сферы, и таким образом у тебя есть связи везде: от обычного отделения полиции до федеральных министерств и ведомств. Просто юридическое образование настолько гибкое, что с ним тебя везде возьмут.

Мои однокурсники работают в следственном комитете, прокуратуре, министерстве юстиции, МВД, аппарате правительства и ФСБ. Поток у нас был большой и дружный, все друг друга знали и все между собой общались. Со многими я продолжаю дружить до сих пор, в том числе с ФСБшником Гошей.

Когда захожу в ресторан, он меня уже ждёт. Обнимаемся, потому что давно не виделись. Около года, наверное.

— Как дела? — спрашивает Гоша после того, как делаем заказ официантке. — Ты, по какому-то важному делу?

— Да, дело важное. Вы же с коррупцией боритесь?

— Ну так… — мнётся. — Смотря кто берет взятки. Если кто-то из самойверхушки, то нет, не боремся. Если кто-то из простых смертных, то боремся.

Вот даже не удивлён.

— Из простых смертных. Есть один судья, который берет взятки. И есть один банкир, который любит давать взятки.

— Судьи и банкиры — смотря кто. Есть «свои» судьи, которых трогать нельзя. Крупных госбанкиров тоже не трогаем.

— Этот судья точно не «свой». Он по мелким гражданским делам типа разводов.

— А банкир кто?

— Совладелец частного банка.

— Мы крышуем некоторые частные банки.

— Это мелкий банк, вряд ли вы его крышуете.

— Чем занимается?

— Да обычная прачечная, отмывают деньги под видом кредитов бизнесу.

— Что с проверками ЦБ?

— Думаю, они платят ЦБ, чтоб не отобрали лицензию.

Гоша кривится.

— Не знаю, Андрюх. Мы против ЦБ не можем идти.

— Да вам не надо идти против ЦБ. Совладелец этого банка — взяткодатель. Все свои проблемы только с помощью взяток решает. Вы можете подловить его на чем угодно.

Гоша задумывается.

— Нуууу, — нехотя тянет. — В принципе, можно попробовать. Сейчас конец года, нам для отчетности перед начальством не помешает парочка успешных кейсов борьбы с коррупцией. А с другой стороны, лень всем этим заниматься в конце года. Давай уже после праздников? Терпит?

Откидываюсь на спинку стула и натурально закатываю глаза. Нет, я, конечно, знал, что у нас в государстве примерно так и решаются все дела, но блин.

— С судьей терпит, а с банкиром не терпит! — рявкаю. — Ну вы и лентяи!

— У меня билеты на Кубу лежат, а ты мне предлагаешь перед отпуском взвалить на свою голову дополнительную работу.

— Ты разве выездной? — с подозрением прищуриваюсь.

— У нас есть список разрешённых стран. На Кубу можно. Надо только рапорт подать, чтоб начальство одобрило.