Книга Джейн Эйр. Учитель, страница 273 – Шарлотта Бронте

– Вы не обопретесь на мою руку, сэр? – спросил он. – Дождь-то всерьез зарядил. Может, лучше в дом вернетесь?

– Оставь меня в покое, – был ответ.

Джон ушел, не заметив меня. Мистер Рочестер вновь попытался пойти дальше, но почти тут же отказался от этого намерения и ощупью вернулся в дом, закрыв за собой дверь.

Теперь к ней направилась я и постучала. Мне открыла Мэри, жена Джона.

– Мэри! – сказала я. – Здравствуйте!

Она вздрогнула, словно узрев привидение.

Я поспешила ее успокоить, и в ответ на ее сбивчивое: «Это и правда вы, мисс? В такой поздний час, да еще лесом!» – пожала ей руку и последовала за ней на кухню, где Джон уже сидел у жарко пылающего огня.

В двух словах я объяснила им, что знаю обо всем случившемся после того, как я покинула Тернфилд, и добавила, что хочу увидеть мистера Рочестера. Я попросила Джона сходить за моим сундучком на дорожную заставу, где я отпустила коляску, а затем, снимая шляпку и шаль, осведомилась у Мэри, найдется ли для меня место переночевать здесь. Она ответила утвердительно, хотя и с некоторым сомнением. Я объявила, что остаюсь, и тут в гостиной зазвонил колокольчик.

– Когда войдете, – сказала я, – доложите вашему хозяину, что с ним хотят поговорить, но меня не называйте.

– Не думаю, что он вас примет, – сказала она. – Он до себя никого не допускает.

Когда она вернулась, я осведомилась, что он ответил.

– Велел, чтобы вы сказали свое имя и какое у вас к нему дело.

С этими словами она поставила на поднос стакан с водой и свечи.

– Он поэтому и звонил?

– Да. Когда темнеет, он всегда свечи требует, хоть ничего не видит.

– Дайте мне поднос. Я отнесу.

Я забрала у нее поднос, и она проводила меня до двери гостиной. Поднос у меня в руках дрожал, вода расплескалась, сердце громко стучало. Мэри открыла дверь передо мной и закрыла ее, когда я вошла.

Комната выглядела мрачной. Огонь в камине еле теплился, а над ним, прижимаясь лбом к высокой старомодной каминной полке, нагибался слепой обитатель дома. Сбоку лежал его старый пес Лоцман, свернувшись в тугой клубок, будто опасаясь, как бы на него ненароком не наступили. Когда я вошла, Лоцман навострил уши, потом тявкнул, вскочил и радостно прыгнул ко мне, чуть не выбив поднос у меня из рук. Я опустила поднос на стол, потрепала пса по спине и шепнула: «Лежать!»

Мистер Рочестер машинально обернулся взглянуть, что происходит, но тут же со вздохом вновь нагнулся к огню.

– Подайте мне воду, Мэри, – сказал он.

Я подошла к нему со стаканом, полным теперь только до половины. Лоцман, не угомонившись, прыгнул за мной.

– В чем дело? – спросил мистер Рочестер.

– Лежать, Лоцман! – снова шепнула я, и рука мистера Рочестера, взявшая стакан, повисла в воздухе. Он будто прислушивался к чему-то. Потом выпил воды и поставил стакан.

– Это же вы, Мэри?

– Мэри на кухне, – сказала я.

Он быстро протянул руку, но не коснулся меня, так как не мог определить, где я стою.

– Кто это? Кто это? – требовательно повторял он и, казалось, принуждал свои незрячие глаза увидеть (какая тщетная душераздирающая попытка!). – Отвечайте мне! Говорите же! – властно приказал он.

– Принести вам еще воды, сэр? А то я наполовину ее расплескала, – сказала я.

– Да кто же это? Кто? Кто говорит?

– Лоцман меня знает, Мэри и Джон знают, что я здесь. Я только что пришла.