Книга Хозяин. Барин, страница 103 – Виктория Волкова

— Так пойдет? — передаю бумагу.

— Я полагаю, все кроме безопасности лишнее, — морщит Варнас толстые губы. Будто жует их.

— Написано все верно, я, как адвокат, вас заверяю. Плюс тете Любе дополнительная копейка и гарантии безопасности, — вставляет свое веское слово Яков. — И все-таки мне интересно, кем вам приходится Стрепетова, что вы завод готовы ради нее сдать? Любимая женщина?

— Молчи, щенок! Что ты понимаешь? — не сдерживается Варнас. Переходит на крик. По его лицу пробегает гримаса презрения и боли.

Видать, Яша, сам того не ведая, задел старика за живое. Взял на болячку.

— Ну, нам без надобности ваши тайны прошлого, —бросаю лениво. По-хозяйски беру лист для заметок. Ручку. Пишу, кому какие доли причитаются.

Лютов Я. Д. — пятнадцать процентов.

Лютов А..Д. — пятнадцать процентов.

Лютов Ю..Д. — одиннадцать процентов.

Архарова Л. А. — десять процентов.

— Кхмм... Юра, — толкает меня ногой Яша. — Ты не торопишься? Может, поженитесь, тогда подаришь? — шипит тихо.

— Нет, хочу сейчас, — мотаю головой. — Потом объясню, если сам не догнал, — добавляю насмешливо.

Откинувшись на спину кресла, наблюдаю за мыслительным процессом в голове брата. Аж на лице недоумение застыло.

А как по мне, все просто. Лида не должна себя чувствовать Золушкой или бесприданницей. Ясен пень, мы не из-за денег женимся. И в девочке своей я уверен на стопятьсот процентов. Но она в любом случае должна чувствовать мою любовь и защиту. Мое отношение к ней, как к равной. А иначе все к чертям рухнет. Не сейчас, так через год.

Нотариус занимает место за длинным, словно язык, столом переговоров. Ждет, когда напротив расположится Варнас, и включает видеокамеру в телефоне. Но ставит ракурс так, чтобы не было видно ребят в камуфляже. Продвинутый перец. Только Варнас и я. Словно никого больше нет в кабинета.

Задает стандартные вопросы. Варнас кивает. Расписывается в дарственных. И снова возвращается за свой стол.

— Юра, кого ты директором назначишь? — допытывается тревожно.

— Директором буду я, Генрих Павлович. Вам беспокоиться не о чем, — стараюсь говорить как можно мягче. — Если будете работать и соблюдать мои требования, ваша должность главного инженера останется пожизненной. Если замечу саботаж, уволю, — припечатываю строгим взглядом.

— Да вы поймите, Юра, — восклицает он запальчиво. — Для меня завод — как детище родное. Не могу я ему навредить.

— Я вас услышал, — встаю с места. Поднимаю взгляд на Михайлова и бойцов. — Тут все опечатать до завтра. Нашу охрану везде выставить, и чтоб ни одного постороннего на моем заводе. Контроль над видеонаблюдением обеспечь, — отдаю указания. — И Генриху Павловичу пропуск выпиши, Вова, — взглядом указываю на Варнаса.

А он сникает, будто из него весь воздух вышибли. Подпирает обеими руками голову и шепчет еле слышно.

— Вот я дурак…

Конечно, дурак. Заказал меня и, сам того не ведая, попал на крючок. Облегчил мне задачу. Только сейчаспонял, как облажался. Повелся на просьбы Любы. Да кто бабу слушает, когда идет большая игра?

— Встретимся завтра на планерке, — киваю я.

Сунув руки в карманы бомбера, быстрым шагом выхожу из кабинета.

— Следите в оба, — прошу своих бойцов. Легко спускаюсь по лестнице. Чувствую, как за спиной вырастают крылья.

— Вот как ты это делаешь? — не отстает от меня брат. — Я бы полицией пугал. Статьями за умышленное… А ты его через бабу достал.