Книга Танго с Пандорой, страница 100 – Ирина Дегтярева

Затем он увидел разрушенные бомбардировками дома. Сердце щемило из-за того, сколько обездоленных людей.

Марио прибыл по предписанию в центр разведки, расположенный в Мадриде. Он ожидал увидеть там генерала Гришина и поступить в его распоряжение. Но когда зашел в комнату, где, как ему сказали, и находится генерал Гришин, то обнаружил там Яна Карловича Берзина, все такого же моложавого крепкого мужчину. На его смуглом лице сияли светло-голубые умные глаза. Он шагнул навстречу Марио и крепко пожал ему руку.

— Товарищ генерал, никак не ожидал вас здесь увидеть! — с заметным акцентом сказал Марио по-русски. — И очень рад, что мы вместе повоюем.

— Было бы лучше для дела, если бы вы оставались там, где были, — многозначительно сказал Берзин. — Сейчас неспокойные времена. — Он осекся, и можно было понять высказывание про времена двояко. И в мире, и в СССР…

Марио вспомнил опрос-допрос на Лубянке после возвращения из Аргентины. Ему показалось, что в этот раз его опрашивали скорее формально, чем пристрастно. Как видно, из-за того, что его собирались тут же отправить в Испанию, где идут ожесточенные бои. Там он был очень нужен со своим знанием испанского языка.

— Марио, я командирую вас в штаб генерала Хосе Миахи, — даже наедине Берзин называл разведчика его нынешним псевдонимом, не произнося подлинного имени. — Вы там будете не единственным советником. Займетесь отбором, обучением и засылкой в тыл групп диверсантов. Мне необходимо, чтобы вы обучали, а не бросались под пули, — оттенил Ян Карлович. — Я надеюсь, что усилия Советского Союза здесь не пройдут зря, но все-таки в будущем я вижу вас на более привычной оперативной работе в Латинской Америке, быть может, в Канаде. Я верю в вашу удачу, вашу прозорливость. Мне импонирует, как вы работали все эти годы.

Мануэль смотрел в его голубые глаза, усталые, в которых до сих пор горел огонь истового революционера и старого коммуниста. Его подмывало спросить, что известно Берзину об Иване. Но сдержался.

— Введу вас в местные реалии. Проблем тут, к сожалению, гораздо больше, чем перспектив на победу. Но в Гражданскую у нас тоже было, как казалось многим, мало шансов. И все-таки мы победили, — он улыбнулся, и Марио тут же представил его совсем молодым, в буденовском шлеме со звездой, с маузером на боку, яростно охраняющим Ленина в революционные годы…

Однако улыбка быстро исчезла, и перед двумя мужчинами, сидящими друг напротив друга в духоте маленького кабинета с закрытыми ставнями на окнах, заложенных до половины высоты мешками с песком, со всей неприглядностью встала действительность — фашизм в Европе и новая война, которой так противилось большинство обычных людей. У всех была еще свежа в памяти Мировая война со своими ужасами и газовыми атаками.

— Наши центры слишком разбросаны, — хмуро начал рассказывать Берзин. Как видно, ситуация вызывала его большую озабоченность. Будучи главным военным советником республиканской армии с позывным «Доницетти», он знал обстановку лучше всех. — Связь — это проблема. От четырехсот километров между группами. Каждый раз лично не наездишься, да и рискованные эти переезды. Можно нарваться на группы мятежников-диверсантов, самые опасные из которых — это немцы из легиона «Кондор». По телефону связь только через Мадрид. При этом телефонная компания принадлежит американцам. Все прослушивается тотально. Разговариваем эзоповым языком. Таким образом многое обсудить не удается. Основная задача не столько подавить мятеж, сколько удержать Мадрид, сдача которого повлечет за собой провал республиканского правительства. Наша забота резервы для фронта, чтобы его удержать и наносить контрудары. Но из кого тут набирать эти резервы. Это не наши люди — надежные, смекалистые и самоотверженные. Это испанцы, — он снова улыбнулся, но грустно. — Они за редким исключением почти ничего не хотят делать. Ждут, что все за них сделают другие. Надо за каждым ходить, уговаривать, объяснять необходимость того или иного нашего мероприятия. С радистами тоже беда — народ хороший, но не все первоклассно работают на ключе. А уж про шифровальщиков, вернее, шифровальщиц… Испанский знают слабо или вовсе не знают. Приходится вставать в очередь к двум-трем опытным шифровальщикам с горячей информацией. Сами понимаете, работаем все время с ощущением цейтнота и упущенных возможностей. И то можно было бы сделать, и это провернуть с нашими-то спецами… Но, по сути, все, что мы можем, это инструктировать, уговаривать, мотивировать.