Онлайн книга «По прочтении сжечь»
|
– Когда Гонолулу? – Наверно, через четыре дня, – ответил Терано. – Спросите у капитана. Американец подошел ближе: – Зажигалка есть? Спички? Терано похлопал по карманам: – Оставил в каюте. – Слышали радио, последние новости? – Нет. – Немцы взяли Рига, окружили русский около Белосток, русский совсем катастрофа. Терано кивнул головой и хотел отойти, но американец слегка коснулся его рукава, продолжал, коверкая японские слова: – Америка и Япония война нельзя. – Он ткнул себя в грудь. – Мой оффис в Токио, продаю нефть, каучук, покупаю камфара, жемчуг. Америка и Япония… Он пожал одной рукой другую – изобразил рукопожатие. Терано снова кивнул головой и быстро отошел. Подозрительный тип. Может быть, нарочно заговорил, чтобы задержать здесь, а тем временем кто-нибудь залез в 22-ю каюту? Наверно, роется там. А у него в кармане другого пиджака записная книжка – там есть запись о том, когда была произведена последняя проверка упаковки «особого груза». Если прочитают эту запись, могут догадаться, что «груз» едет в чемодане, находящемся в 39-й каюте. Терано почти бегом направился вниз. Подбежал к двери 22-й каюты, влетел в нее, но там никого не оказалось. Осмотрел угол за диваном, открыл шкаф, полез в карман пиджака – записная книжка на месте, заглянул под кровать все в порядке. Однако тот американец неспроста заговорил с ним. Но с какой целью? Посмотрел на часы – надо подкрепиться на ночь. Терано обычно ужинал по-японски. Он позвонил стюарду. Кривоносый филиппинец принес рис в кастрюльке. Терано полил рис зеленым чаем и съел его с консервами сладковатыми мидиями, побегами бамбука и маринованной редькой. Зазвенел будильник на ночном столике – без десяти час. Терано пошел на дежурство. 12 Морнингстар осторожно закрыл чемодан и подул на него. – Вот и все. Хирургическая операция окончена благополучно. Он вынул платок, вытер лысину и стал обмахиваться. – Без десяти двенадцать. Управились в срок, – тихо произнес Бузони, укладывая инструменты в замшевый футляр. Профессор Дан громко крякнул, встал с пола и пошел к умывальнику. Помыв руки, он подошел к Донахью и протянул руку: – Прошу великодушно извинить, капитан-лейтенант, за некоторые гиперболические выражения, вырвавшиеся по вашему адресу совершенно непроизвольно. Чистосердечно раскаиваюсь. Донахью молча пожал Дану руку. – За такую работу мы заслужили ордена, – сказал Крист. – Вот именно. – Уайт рассмеялся. – Всех вызовут в Белый дом, президент вручит награды, а в газетах будут напечатаны ваши портреты и подробное описание того, что вы проделали. Профессор сел в кресло, закурил трубку и прогудел: – Никогда барды и менестрели не будут слагать о нас оды, и ни один пес не будет знать о деяниях наших. Таков удел наш. Во мраке творим дела и во мраке растворимся, как призраки. – Я сделаю представление, – сухо сказал Донахью. – Может быть, получите отнюдь не призрачные конверты. – Он обратился к Морнингстару: – Сможем сделать точную копию? Морнингстар пожал плечами: – А почему бы и нет? Устройство переключателя таблиц и перемещения клавишей довольно остроумное, но мы все сфотографировали и набросали схемы. По-моему, вы должны угостить нас шампанским. – Правильно, – сказал Дан. – Моя любимая марка Луи Редерер, гран… Донахью остановил его: – Не торопитесь. Вы свою работу кончили, но самое главное впереди. Надо положить эту штуку обратно. Это самое опасное. |