Книга СССР против НЛО, страница 84 – Анджей Б., Лев Светлов

— Чёрт знает, что тут творится.

Я заметил, что при слове «чёрт» оператор Окуляров заметно вздрогнул. Но это было неважно. А важно было то, что сюда вот-вот, сокрушив держащийся из последних сил Куб теперь уже не совсем абсолютной изоляции, ворвутся тёмные сущности, злые и медведеобразные.

Мне нужно было срочно всех здесь к этому подготовить.

Под многочисленными удивлёнными взглядами я взобрался с ногами на топчаны, где с краю всё ещё сидел и безостановочно потирал лысую голову актёр Моргунов.

— Товарищи! — сказал я. — Товарищи.

Все взгляды устремились на меня. Это было правильно.

— Послушайте, что я вам скажу. Там, за стеной, не сбивают декорации. Там сейчас вообще находятся не люди. Там находится зло из другого мира. И оно сейчас полезет через эту стену сюда.

Я заметил, что все в комнате стали переглядываться и потихоньку отодвигаться, стараясь оказаться от топчанов и взобравшегося на них меня по возможности подальше. Даже Вицин с Никулиным в задумчивости нахмурились, уже, видимо, сомневаясь, видели ли они несколько минут назад некоторые зловещие чудеса или им просто показалось. И это была вполне понятная человеческая реакция. Мне оставалось уповать только на свой козырь в рукаве: всеобщее ко мне доверие и расположение.

И тут режиссёр Гайдай, не отводя от меня взгляда, снял свои очки, протёр их и негромко произнёс:

— Слушай, парень… Это всё, конечно, хорошо. Но ты сам вообще-то кто, а? И как попал на съёмочную площадку?

— Да, кто это? — поддакнул его низенький и усатый помощник.

Ну вот, приплыли так приплыли. Я понял, что именно произошло: переключивший на себя всю энергию злополучный Куб оставил без питания мою «панель всеобщего узнавания и доверия». Теперь меня здесь не знали и за просто так доверять мне не собирались.

А за стеной трещало всё громче и неотвратимее.

Ситуацию спасли актёры Вицин и Никулин. Они выступили вперёд и взяли инициативу на себя.

— Ребята, — объяснил всем Юрий Никулин, — это Никита. Вы лучше, это самое, слушайте, что он говорит. Он правильный парень.

Это было очень кстати. Авторитет актёров Никулина и Вицина подействовал, и люди уставили на меня взгляды, соглашаясь выслушать.

Торопясь и раз за разом посматривая на стену (не посматривать туда у меня не получалось), я кратко объяснил присутствующим, что именно здесь происходит. Рассказал о краже великого и нематериального, о тёмных сущностях из подпространства. Все слушали внимательно, никто не перебивал.

— Правильный, говоришь, парень? — нахмурился режиссёр Гайдай, когда я закончил. — А он точно не… того?..

Режиссёрский палец произвёл характерное и красноречивое движение у виска. Актёры Никулин и Вицин стали утверждать, что вроде как нет, не того. Но выходило это у них не очень убедительно.

А дальше повернулось так, что ничего доказывать стало уже не нужно. Потому что — началось.

Стена напротив нас, из-за которой гремело и трещало, дрогнула, роняя на пол штукатурку, а потом вдруг в мгновение ока взяла и исчезла. Произошло это, видимо, оттого, что оказавшийся в критическом положении Куб, выполняя свою основную функцию — не выпустить никого изнутри себя наружу, — стал делать это, используя подручные средства. Таким образом он включил стену между комнатами в свой состав. А так как сам по себе Куб невидим, то и сохранять видимость для бывшей стены, тем более пребывая в режиме острой нехватки энергии, программа Куба посчитала излишним.