Книга Эхо Древних, страница 51 – Анджей Б.

Поежившись, Мишек махнул рукой остальным и первым пошел по направлению к древнему истукану. Работники с готовностью поспешили следом, не желая больше ни мгновенья оставаться рядом с жутким альбиносом. Тот, правда, некоторое время шел за ними, но в определенный момент остановился, словно бы натолкнулся на невидимую преграду. Возможно, идол не подпускал врага, неспроста же для чужаков так важно было от него избавиться.

Эта мысль зародила в Мишеке зерно сомнения. Вдруг огров шиш и вправду не проклятие, а благословение их деревни? Как и любой сверхъестественный покровитель, может он не только карает, но и защищает? Конечно, существовало много жутких историй, предостережений и запретов насчет древнего штыря. Однако в деревне и вправду за последние сотню лет ни разу не было пожара, никто никого не убил и даже роды у баб всегда проходили благополучно…

Мысль оказалась слишком тяжелой. Мишек почувствовал, словно задумал предательство. Начал корить себя, что, поддавшись эмоциям, первым вызвался пойти против шиша.

Вдруг один из мужиков закряхтел и медленно присел на тропу, по которой они поднимались.

- Ого, быстро тебя… - сочувственно пробормотал Рафтик, помогая ослабшему подняться на ноги, - возвращайся обратно, раз такое дело.

- Пора надевать, - Мишек принялся раздавать народу самодельные очки с закрашенными чернушкой стеклами-чешуйками. Их примеряли еще накануне, но потом Мишек собрал поделки обратно – кому-то подправить, настроить, а от кого-то просто убрать подальше до поры, чтоб не сломал кривыми руками.

Сквозь черные стекла была немножко видна тропинка и силуэты собравшихся – в дерево лбом не врежешься и в яму не упадешь. От любого света окуляры защищали хорошо, а это главное. Ведь самое опасное в истукане – если солнечный лучик отразится от его поверхности и скользнет по глазам. Тогда вмиг поплывешь, укутает ватной слабостью - и жди странных видений.

Уже остались позади река и дорога, на которой как-то валялся пьяный Мишек, неудачно глянувший на огров шиш. До истукана оставалось совсем мало, когда одновременно свалились еще двое – Рафтик и другой мужик, топавший последним.

Нюшка сразу же подскочила к мужу:

- Вставай, вставай, родненький! Не засыпай!

Тот лишь вяло отмахивался и бормотал что-то невнятное заплетающимся языком, словно пьяный.

- Я тебя не брошу! Или вместе идем, или остаёмся оба!

- Оставайся, Нюшка, - сказал Мишек, - мы не можем ждать, а куда ж его в таком состоянии дальше тащить? Если сможешь, помоги ему спуститься к дороге, а если нет, то мы на обратном пути подсобим.

Так их осталось лишь четверо: Мишек, Бориш, Клюша и рябой мужичонка по имени Чапчик.

- Невелика бригада, - грустно усмехнулся Мишек.

- Ничего, как-нибудь справимся, - попыталась приободрить Клюша, не знавшая, что порыв Мишека по поводу их затеи сильно поутих.

Разрываясь между сомнениями и долгом перед собравшимися, Мишек все-таки решил, что обещания нужно выполнять. Раз вызвался первым, повел за собой народ, то отступать стыдно – дело нужно довести до конца.

И только решился, собрал волю в кулак, как словно из-под земли выросла сбоку высоченная стена металлического истукана. Очки, конечно, мешали обзору, но дело было явно не в них. Шиш сам вытворял с мозгами, что хотел. То отдалялся, то приближался. Становился маленьким, ростом с человека, то вдруг вырастал до самого неба. Он словно бы насмехался, показывая, какая пропасть лежит между ним и простыми смертными – букашками у подножия священного памятника древней эпохи.