Книга Темные Пути, страница 59 – Сергей Удалин, Анджей Б.

Закончив наказывать реку, я повернулся к смазлям. Олтей неподвижно лежал на коленях у дочери, а та с надеждой смотрела на меня.

— Да сделай же что-нибудь, он же умирает!

Стоявший рядом карлюк Пешко мрачно покачал головой:

— Поздно. Даже руку отрезать бесполезно, растворитель уже выше локтя поднялся.

И повернулся к Куту:

— Придётся оставить трупы здесь. А самим быстро на тот берег, пока твари не очухались.

— Ты что такое говоришь? Троб — мой лучший друг. — возразил глыбарь.

Шае предложение тоже не понравилось.

— Папа не труп, слышите! — закричала она. — Он ещё жив. А вы…

Смазлица подскочила ко мне и умоляюще заглянула в глаза.

— Ты же колдун! Я сама видела, что колдун. Почему не хочешь помочь отцу? Наколдуй что-нибудь, чтобы он не умирал. Слышишь, наколдуй!

Она в отчаянии заколотила кулачками по моей не такой уж мощной груди. Но чем я мог ей помочь? Научился раздавать оплеухи, но в медицине ведь совсем ничего не понимаю. Однако смотреть, как девка убивается, тоже не могу. Надо хотя бы попытаться.

Не придумав ничего умнее, я просто приказал яду в руке Олтея вытечь обратно наружу. Смотрел на руку и повторял про себя: «Прочь! Прочь!» До тех пор, пока рука не дёрнулась и старый смазль не открыл глаза.

А я закрыл…

* * *

Холодная, чуть горьковатая, речная вода забралась в рот. Я закашлялся и вернулся к действительности. Потребовалось какое-то время, чтобы сообразить, как я оказался в реке, почему вроде бы плыву, но сам не загребаю.

Короткая, мускулистая рука карлюка держала крепко, не позволяя голове опускаться. Никак меня Тляк тащит? Старый товарищ вернулся за мной с того берега? Хоть и не лучший пловец отряда, но больше всех дорожащий колдуном Луффом. Никому не доверил жизнь великого волшебника.

— Не дёргайся! Тварей ты распугал, доплывём без приключений. Вообще не понимаю, как они здесь оказались. Обычно высосали обитаютв озере, а в реке никогда не встречались.

Такая длинная речь на плаву не могла не сбить дыхания. Карлюк запыхтел и добавил ворчливо:

— Мог бы и помочь, руками поработать. А то я уже второй раз туда-обратно мотаюсь.

Я помог, как мог. В Вюндере, надо признать, плаванию не особо-то и обучают. В общем, кое-как доплыли.

Выбравшись на берег, я без сил рухнул на траву. Как только исчезло чувство опасности, вернулась боль, нестерпимая, выедающая всё внутри.

— Вот что, Луфф! — сказал Тляк, понаблюдав за моими мучениями. — Ты, конечно, молодец, что смазля с того света вытащил. Но пора бы научиться свои силы беречь. По два раза в день в обморок падать — это перебор. Тем более, что мы с тобой вроде как воевать собирались. А в бою, уж поверь, никто тебя в чувство приводить не станет.

— Какой нахрен бой? — прохрипел я. — Не видишь, худо мне. Дай скорее порошка.

— Кончился порошок, Луфф, — карлюк для наглядности развёл руки в стороны и показал пустые ладони.

— Совсем? — не поверил я.

Обманывать меня Тляк то ли не умел, то ли боялся.

— Осталось всего на две дозы.

— Давай весь! — трясясь, словно жалкий накроша, приказал я. — А то некому воевать будет.

Карлюк вздохнул, достал из-за пазухи костяную коробочку и высыпал мне на ладонь содержимое. Да, негусто. Ну да выбирать не приходится — главное, чтоб полегчало. Я проглотил горькое зелье и устроился поудобней в ожидании результата.