Книга Темные Пути, страница 67 – Сергей Удалин, Анджей Б.

Вот спасибо за предложение! Только что говорили, что я едва живой после болезни, а теперь пожалуйте, сир Луфф, с нахтами воевать. Но моего мнения, как всегда, никто не спрашивает.

— Порошка хоть отсыпь!

— Это пожалуйста, хоть подавись! — мило пошутил карлюк. — Только я тебя очень прошу, не увлекайся, береги силы. Нам их только напугать нужно. Молнию на них призови или ещё что, но до конца не выкладывайся. Потом нужно будет ещё как-то от погони уйти.

Трульха

Болотный архонт Трульха распустил гребень и самодовольно побулькивал. То есть, булькал он всегда, а вот повод погордиться собой появился только что. Уже под вечер Вурдун — правая клешня самого Рухата — закончил осмотр его владений и так не нашёл, к чему придраться. А ведь мог бы, ещё как мог бы!

Неизвестно, кто нашептал Рухату, что болотные собираются откочевать в самые топи и жить там сами по себе, но земляной архонт не на шутку встревожился. Терять такого данника не входило в его планы. И тут же послал в становище болотных верного слугу Вурдуна. С подарками.

Ага, так Трульха ему и поверил. Отнять добычу у более слабой стаи — на это земляные горазды, а чтобы что-то дарили — такого не припоминается. Значит, гость будет совать свои жвалы во все норы и запруды, пока не найдёт признаков измены. И уж болотный архонт постарался, чтобы Вурдун ничего не нарыл.

Разумеется, дождя без туч не бывает, и стая в самом деле намеревалась откочевать. Но не сейчас, а через года полтора, когда молодая матка скользунов начнёт приносить потомство, и пищи станет вдоволь. Воины Трульхи наберутся сил, и не нужна будет болотным надёжная, но очень уж накладная защита Рухата. А до той поры нужно изображать из себя покорного и слабого соседа.

Вот и водил Трульха любознательного гостя по всему болоту, за исключением лесного озера, где под присмотром лучших бойцов стаи набирала силы драгоценная матка. Но о ней даже в становище знали немногие. Болотный архонт предусмотрел даже такие случайности.

И тут всё чуть не испортили глупые фраи. Привезли мясо в неоговоренный срок. И ведь не отошлёшь их назад, мясо матке ох как необходимо! Но и в становище пускать чужих нельзя. Рухат не любит, когда кто-то своевольничает. Торговля с фраями — его привилегия. Если бы Вурдун увидел чужих в становище — не сносить бы Трульхе головы.

Однако и здесь всё обошлось. С фраями рассчитались за товар прямо на заставе, в стойбище не пуская, и уже завтра следа их не останется на болоте.

На радостях архонт даже угостил гостя свежатиной, досатавленной фрайскими торгашами. Редкое лакомство, но мир с Рухатом стоит такой жертвы. Угощайся, Вурдун, не стесняйся! Авось, на будущий год тебя потчевать уже не придётся.

Дорогой гость степенновыпустил воздух из кишечника, обтёр восемью передними лапами кровь со жвал и брюшных колец и удовлетворённо прошипел:

— Ну, спасибо, Трульха, уважил! Не ожидал такого угощения. Обязательно скажу Рухату, что под его покровительством твоя стая процветает.

'Вот и угощай этих грабителей! Того и гляди, Рухат дань увеличит, — расстроился было болотный архонт, но уж больно удачный сегодня был день, чтобы думать о неприятном.

— А что это происходит на том берегу? — спросил вдруг Вурдун, изогнувшись и приподнимая верхнюю часть туловища, чтобы лучше видеть. — Какие странные забавы у твоих воинов, Трульха!