Книга Темные Пути, страница 97 – Сергей Удалин, Анджей Б.

— Хлоффель, давайте, наконец, перестанем валять дурака! — раздражённо сказал Тортур. — Я ведь уже объяснил, что навёл справки. И в первую очередь — в этом департаменте. В списках выселенных не значится ни одного человека с нужным мне именем. Однако имеется запись о некоем Луффе ди Кальтаре, пожелавшем выселиться, но так и не явившемся в назначенный срок на Двор прощания. Любопытно также, что и в городе с тех пор его никто не видел. Вернее, видели один раз — на следующий день и почему-то именно в вашем обществе. Добавлю еще, что в тот момент с вами вместе находился ещё один неопознанный субъект, и не исключено, что это был впоследствии осуждённый за убийства беглый веркувер Дюнн. Может быть, хоть теперь вы поймёте, что лучше рассказать мне всю правду?

Взгляд Тортура не обещал ничего хорошего, и припёртый к стене аристократ вынужденно согласился, что это единственный возможный для него выход. Особенно если правду чуть-чуть подправить. Ведь даже криминальный департамент в конце концов решил считать Хлоффеля такой же жертвой преступлений Дюнна, как и всех остальных. Почему бы тот же приём, только с другими изменениями, не повторить и с представителем Ордена?

Веркувер внимательно слушал рассказ. Иногда кивал головой, если события развивались так, как он и предвидел, иногда удивлённо вскидывал брови. Но перебил он рассказчика лишь однажды:

— Значит, ваш Луфф отправился загород за кристаллами?

— Да. За кристаллами для пояса.

— Странно, занялся он там совсем другими делами. Но вы действительно смогли бы изготовить для него настоящий, действующий пояс?

— Ну, не сам, конечно…

Хлоффелю очень не хотелось выдавать ещё и эту тайну, но Тортур, казалось, уже забыл о своём вопросе и велел продолжать.

Впрочем, вскоре выяснилось, что оставшуюся часть рассказа гость обдумывал именно этот ответ хозяина. И в голове веркувера созрел смелый план.

— Атеперь, почтенный Хлоффель, пришла пора вам выслушать меня. И прошу вас отнестись к моим словам предельно серьёзно. Скорее всего, вы не замышляли ничего дурного. Но с учётом последствий, ваши действия вполне можно квалифицировать, как сознательное нанесение вреда Ордену. И только от вас зависит, станете ли вы врагом Ордена, или, наоборот, его преданным и небесполезным другом.

Что ж тут непонятного? Хлоффель уже знал, что согласится, но для приличия всё же задал ожидаемый вопрос:

— И что я должен делать?

— Пока ничего особенного, — успокоил его веркувер. — Видите ли, Орден заинтересован в том, чтобы Луфф вернулся в город. И теперь, благодаря вашим объяснениям, мне понятно, как это можно осуществить. Мы передаём кристаллы Луффу, или прямо вам…

— Лучше мне, — мгновенно среагировал Хлоффель.

— Хорошо, вам так вам, — не стал спорить Тортур. — Но взамен Луфф должен незамедлительно вернуться в город и никогда больше не вмешиваться в дела Ордена. Как, по-вашему, он согласится?

— А вы бы сами отказались от бессмертия?

Вопрос получился бестактным. Пояс — это единственное, в чём всемогущий член Капитула мог позавидовать городскому аристократу. А выбор достойного инициации — практически единственный древний обычай, который не стал или не смог изменить Магистрат после прихода к власти. Сами правители, может быть, и согласились бы продать парочку поясов вождям Ордена, да только за пределы Вюндера с ним не выйдешь. В городе факт продажи долго скрывать не удастся, если новоиспечённый аристократ хотя бы изредка станет выходить из дома. Ну и зачем, спрашивается, Магистрату новые народные волнения?