Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 25 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

«О как заливает… — подумал Романов. — Говоришь, по-прежнему меня ценит. Да уж, знаем мы, как он меня ценит… Но в принципе вариант чекист предлагает хороший. В сложившейся ситуации для меня это лучший выход. Козлов отпущения я Москве предоставлю, а там уж и сам как-нибудь отмоюсь»…

— Я всегда поддерживал решения Политбюро, Владимир Тимофеевич, и намерен это делать дальше, — сообщил Романов ровным и сдержанным голосом. — Конечно, я вмешаюсь и дам соответствующие указания. Виновные будут наказаны. Обещаю, что Перцев и другие замешанные в этом деле прекратят самоуправство, можете передать это в Москву.

— Благодарю вас, Григорий Васильевич, — я слегка склонил голову в знак признательности. — Убежден, что Москве высоко оценят вашу помощь и понимание.

В голове его смешались разные чувства: общее недовольство сложившейся ситуацией, тревога за собственную карьеру, раздражение от моего присутствия, обида на Брежнева, поддержавшего чужие начинания, а не его. Он ведь и сам был сторонником реформирования экономики подобным образом. Текущая проблема оказалась в другой плоскости — личностной.

Я понимал, что Григорий Васильевич в общем-то неплохой человек, крепкий хозяйственник, хороший руководитель и организатор, но он запутался и свернул не туда. В гуляевской реальности он сделал очень много хорошего для страны и был главным «конкурентом» Горбачева, который обыграл Романова с помощью подковерных интриг. Не хотелось бы ломать карьеру этого человека, так как, на мой взгляд, именно такие люди и нужны нам для сохранения СССР.

В общем, нужно постараться направить Романова на правильный путь, чтобы он приносил пользу стране, а не ревновал к успехам Машерова.

Кстати, надо признать, что именно я и заварил эту кашу. Знал же, что Машеров не пользовался большой любовью у остальных членов Политбюро, и его взлет может многих обидеть. Но надеялся на обновление аппарата, хотел собрать вместе наиболее способных и перспективных, на мой взгляд. Теперь уже поздно отступать. Значит, теперь буду расхлебывать, раз заварил. Надо как-то постараться примирить тех, кто точно не враг Советскому Союзу, они должны сотрудничать, а не противостоять друг другу.

Мы оба поднялись из-за стола одновременно. Романов первым протянул мне руку. Я ответил ему крепким рукопожатием.

— Спасибо за конструктивный подход, Григорий Васильевич, — поблагодарил я. — Надеюсь, скоро снова встретимся, но уже по более приятному поводу.

— Конечно, до заседания Политбюро осталось не так долго, я там буду, — согласился Романов, провожая меня до двери. — Передавайте привет Леониду Ильичу.

— Непременно передам, — кивнул я, выходя из кабинета.

Когда дверь закрылась за моей спиной, я глубоко вздохнул. Ну что ж, кажется ленинградская проблема решена, можно возвращаться домой.

Прежде чем уехать в Москву, я еще встретился с начальником УКГБ по Ленинградской области Даниилом Павловичем Носыревым. Серьезный подтянутый мужчина с аккуратной прической, генерал-лейтенант произвел на меня самое благоприятное впечатление.

Мы достаточно откровенно пообщались по поводу организации Ленинградского отделения УСБ и Даниил Павлович пообещал оказывать всяческое содействие моим молодым сотрудникам.

Описав Кузнецову и Путину фронт предстоящих работ по Ленинградской области и, в случае чего, приказав звонить мне в любое время дня и ночи, я отправился обратно в Москву.