Книга Телохранитель Генсека. Том 7, страница 48 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

Машеров заказал рыбный суп с осетриной, и отварные сосиски с зеленым горошком. Сосиски молочные, фактически диетические. Он ел аккуратно, почти не касаясь хлеба, лишь иногда запивая пищу чаем. Я вспомнил, что Петр Миронович имеет проблемы с печенью и поджелудочной железой. Последствия партизанской жизни аукаются до сих пор.

Генерал Рябенко, человек суровый и прямолинейный, взял себе борщ с говядиной и целую гору черного хлеба, без всяких деликатесов.

Генерал Цинев предпочел салат, отбивную и двойную порцию жареного картофеля. Ел много, но совсем без хлеба.

Кунаеву официант принес рис в качестве гарнира, жареную печень и салат из свежих помидоров.

— Эх, как в Москву приезжаю, так поесть нечего, — вздохнул он. — Все вроде есть, все приготовлено хорошо, а не вкусно.

— А вы рыбы отведайте, рыба сегодня знатная, — посоветовал Машеров.

— Эх! Где казах, а где рыба? — шутя возмутился Кунаев. — Я бешбармак люблю. И казы. Но… это уже как к себе приеду, в Алма-Аты. Вы к нам приезжайте, Петр Миронович,мы вас так накормим, что всю жизнь вспоминать будете!

— Сколько у меня той жизни останется? После вашего казы и бешбармака? Вот совсем немного, чтобы доехать до больницы и там умереть, — Машеров невольно прикоснулся ладонью к правой части живота, поморщился и покачал головой.

Потом пододвинул ближе тарелку и начал есть — неспешно, аккуратно, как человек, знающий цену каждой крошке хлеба.

Удилов тоже ел рыбу, но, в отличии от Машерова, жареную. Его пища лежала на тарелках отдельно. Он ничего не смешивал. Рыба, гречка, зелень и яблоко.

Я выбрал гречку с бефстроганов — сытная еда, позволявшая быстро утолить голод и оставаться в хорошей форме.

В первые десять минут за столом царила тишина. Каждый сосредоточился на своем обеде.

Вскоре Леонид Ильич, аккуратно промокнув губы салфеткой, заговорил:

— Я сегодня специально решил подчеркнуть роль товарища Машерова. Пусть остальные видят, как надо готовить достойную замену. Пётр Миронович прекрасно справляется и сможет со временем достойно продолжить наш общий курс.

Машеров вежливо кивнул, стараясь скрыть смущение. Генсек внимательно посмотрел на него и улыбнулся:

— Не надо стесняться, Пётр Миронович. Это не похвала, это констатация факта. Нам, старикам, уже пора думать о том, кто придёт на смену. Вот вы, товарищ Кунаев, предоставили списки кандидатов на первых замов?

Кунаев слегка замялся, но быстро ответил:

— Так точно, Леонид Ильич, всё подготовлено. Рассматриваем несколько кандидатур, скоро представим на ваше утверждение.

— Это хорошо. Но далеко не все так ответственны. Я знаю, что многие товарищи до сих пор откладывают этот вопрос. А ведь наше время уже уходит, — Брежнев чуть прищурился, глядя на Удилова. — А как в Комитете, Вадим Николаевич?

Удилов сдержанно кашлянул, положил вилку и ответил, серьёзно глядя на Генсека:

— Мы работаем над этим, Леонид Ильич. Уже есть несколько хороших молодых товарищей, которых мы рассматриваем. Но вы понимаете, специфика нашей службы не позволяет спешить в таком вопросе. Надо проверять людей со всей ответственностью.

— Да, понимаю, — кивнул Брежнев. — Но и затягивать не стоит. Я ведь не зря сегодня поднял этот вопрос. Если не мы подготовим достойных людей, кто сделает это за нас?

Леонид Ильич неторопливо доедал куриный бульон, размышляяо чём-то своём. Затем он поднял глаза и, слегка улыбнувшись, обратился ко мне: