Онлайн книга «Телохранитель Генсека. Том 4»
|
— Не слышал я украинских анекдотов, а ну-ка расскажи, Владимир Васильевич, мы тоже посмеёмся, — попросил Рашидов. Щербицкий прочистил горло и начал: — Дело было при Хрущеве… Получили приказ на Украине вырастить хлопок.Как водится, посеяли, вырастили… Пришла пора убирать урожай. Убрали. Согласно нашим обычаям, после сбора урожая должен быть праздник — дожинки. С горилкой, с салом — ну как полагается отметили. Утром встают председатель колхоза, бригадиры и комбайнеры, смотрят — а поле белое! Щербицкий сделал паузу и выпучил глаза. Раздались короткие смешки — слушатели уже предвкушали развязку. — По второму разу пустили хлопкоуборочные комбайны. Собрали хлопок — и по второму разу отметили. Снова горилка, сало, галушки. В общем, все, как полагается. Утром встают — да что ж такое! Поле снова белое, как снегом покрыто! Председатель задумчиво посмотрел и распорядился: «Собрать, выкорчевать, поле перепахать, а эту бисову культуру сжечь»! Все громко засмеялись. Больше всех анекдот развеселил Рашидова. — Владимир Васильевич, уважаемый, кто ж комбайном хлопок собирает? Это только верхушки урожая собрать, а так руками надо, руками. И дети должны уметь руками работать. Дети должны знать, что такое труд, и сколько деньги стоят, тоже должны знать. — Я тоже за труд! — серьезно сказал Кулаков. Он единственный не шутил по поводу предстоящих трудовых подвигов и не смеялся над анекдотом Щербицкого. — А то ведь помните Шахурина? Наркома авиационной промышленности? Сразу повисла тишина. Кириленко уронил вилку на пол, звон заставил многих вздрогнуть. Такой судьбы для своих детей не желал никто из присутствующих… Дело было в сороковых. Тогда вокруг пятнадцатилетнего Владимира Шахурина, сына наркома авиационной промышленности, сбилась группа учащихся. Все дети были теми, кого в мое время будут называть мажорами. Шла война, фашисты выжигали города и села, зверствовали в концлагерях. Советский Союз из последних сил держал оборону, готовясь нанести ответный удар. А эта золотая молодежь создала подпольную организацию, назвав ее «Четвертый рейх». Они восхищались Гитлером, Геббельсом и эстетикой Третьего рейха. Закончилось все плачевно: Шахурин застрелил свою возлюбленную и застрелился сам. Когда началось расследование, были арестованы восемь подростков. Среди них — двое сыновей Микояна Вано и Серго, племянник жены Сталина, сын академика Бакулева. Все они были членами организации «Четвертый рейх». Сын наркома потом рассказал следователям, что не собирался убивать Нину Уманскую, хотелтолько припугнуть. Но поскольку во время убийства свидетелей не было, никому не известно, что тогда случилось в действительности. Однако, несмотря на военное время, строгого приговора не вынесли. И подростков, создавших тайную антисоветскую организацию, просто выслали из Москвы сроком на один год под поручительство родителей. Говорят, что Сталин, выслушав доклад о итогах расследования, бросил в сторону: «Волчата»… Перерыв кончился и я снова занял свое место в ложе для журналистов. Они больше не болтали — видно было, что подустали. И, конечно же, мое грозное лицо произвело должный эффект. Особого внимания мероприятию не уделяя, они в основном обсуждали книжные новинки. Я отстоял весь день, и это был один из самых тяжелых дней за всю мою службу. Нет, Владимиру Медведеву выпадало много таких дней, но как Владимир Гуляев я серьезно недооценил степень нагрузки на первое лицо государства. Леонид Ильич до девяти утра работал с Александровым-Агентовым, готовил доклад. Потом приехал в Кремль, потом выступление. До обеда и после слушал выступления всех гостей и отвечал на поздравления. Еще один короткий перерыв, и продолжение поздравлений. Последними поздравили пионеры, вбежав в зал по проходам между кресел. Леонид Ильич побеседовал с ними, вручил подарки каждому — лично! Ничего особенного, просто большие пакеты со сладостями, но позаботились даже об этом. Сегодня вечером еще предстоит возложение венков к памятнику Ленина в Кремле и к могиле неизвестного солдата. Как все это можно выдержать да еще и в столь почтенном возрасте? |