Книга Телохранитель Генсека. Том 2, страница 62 – Петр Алмазный

Удилов перестал нависать надо мной, присел на стул и внимательно посмотрев мне в глаза, продолжил:

— Дальше — больше. Мои агенты работали с «Дашнакцутюн», но точную информацию о подготовке террористических актов им добыть не удалось. Тем более, организация, которая готовила эти акты, с «Дашнакцутюн» была связана лишь косвенно. Это чистая самодеятельность. То, что начиналось как посиделки армянской интеллигенции, вылилось в попытки устроить взрывы в Москве. Об этом вы в самом принципе не могли знать. Но вы знали. Причем, в деталях. И даже подстраховали нас лично, когда в работу включилась дублирующая группа террористов. У меня возникает закономерный вопрос: кто вы такой, Владимир Тимофеевич?

— Полковник Комитета, работаю в девятом Главном упр… — но Удилов снова поднял вверх руку с открытой ладонью, останавливая мою речь.

— Не торопитесь. Этот вопрос я задаю не вам, я задаю его себе. Попытаюсь ответить на него. Есть человек, у которого гарантированно нет доступа к информации, но владеет он ею куда лучше, чем аналитики. Спрашивается, откуда он эту информацию получает? У меня напрашивается несколько вариантов. Первый: вы читаете чужие мысли. То есть являетесь телепатом. Это непонятно и даже фантастически звучит, но в принципе может иметь место. Вспомним того же Вольфа Мессинга, а также несколько специальныхагентов и подопытных пациентов, мало кому известных. Второй вариант, предложенный вами: то, что вы видите во сне будущее. Это не менее странно, но тоже кое-как укладывается в картину мира, наполненную сверхсилами и особыми способностями. И третий вариант: вы как-то, пусть даже косвенно, присутствовали при этих событиях и потому воспринимаете их, как уже прошедшие. Здесь вспоминаются как всевозможные пророки и ясновидящие, так и научная фантастика, преимущественно американская. Хотя и у нас имеются братья, писавшие о НИИ, сотрудники которого экспериментировали со временем. Я не знаю, где здесь заканчивается наука, а начинается сказочная магия. В таких вопросах порой стоит снижать планку рационального мышления, чтобы лучше слышать собственную интуицию. И она мне подсказывает…

«Чертов гений! Не зря о нем ходят легенды!», — подумал я, внимательно слушая Удилова. Пока даже не представлял, как буду выкручиваться и к чему приведет этот разговор. Плохо, что я не мог прочесть его мысли — они были настолько молниеносными, что я не успевал за ним. Не мог даже ухватиться. Мелькают лишь какие-то отдельные слова, фразы, но пока я пытаюсь их осознать, он уже думает совершенно о другом. Вот это скорость мышления! Этот человек держал в своих руках не менее серьезную власть, чем тот же Андропов. Он был своего рода серым кардиналом в КГБ. Профессионал высшей пробы, и убеждать себя, что он не заметил моего волнения, будет глупо. Показалось, что он вцепился мне в горло железной хваткой и теперь размышляет, что со мной делать — казнить или миловать?

— Мой отдел занимается сбором, систематизацией и анализом информации, — Удилов откинулся на спинку стула. Я сделал то же самое, чувствуя потребность увеличить дистанцию между нами. И только после этого сообразил, что отзеркаливаю его, а он ведет меня, как бычка на веревочке. Я изменил позу, все-таки задев карандаши снова. Сделал это специально, чтобы разрушить неуловимую связь с Удиловым. Вадим Николаевич тут же поправил карандаши, разорвав зрительный контакт со мной. Этого мгновенья мне хватило, чтобы снова обрести привычную уверенность.