Книга Телохранитель Генсека. Том 2, страница 88 – Петр Алмазный

Светлана расхохоталась.

— Её туда никаким пряником не заманишь! — она внимательно посмотрела на меня и спросила:

— Обычно тебя ее ворчание не задевает, она сегодня что-то обидное сказала?

— Нет, не в этом дело. Просто смотрю на нее — по сути же еще молодая женщина, красивая, умная. Ей бы немного внимания со стороны мужчин, чтоб оттаяла. Просто хочу, чтобы Валентина Ивановна стала чуть-чуть счастливее.

— Володечка, я так тебя люблю! Ну все, бежать надо, до вечера! — Света чмокнула меня в щеку и ладонью стерла оставшийся след помады. — Прости, замарала немного. Представь, придешь в Кремль, а у тебя помада на лице?

— Не поймут, там люди серьезные работают, — усмехнулся я.

Она выпорхнула из салона. Я немного посидел в машине, дожидаясь, пока Светлана дойдет до проходной, проводил ее взглядом. Она остановилась, будто почувствовав, обернуласьи помахала мне рукой. Я помахал в ответ, дождался, пока она войдет в открытые двери и только потом поехал на Лубянку.

Поднялся на второй этаж. В коридоре меня окликнул Иванов, секретарь Андропова.

— Владимир Тимофеевич, до совещания всего пять минут осталось. Поторопитесь, — посоветовал он и, обогнав меня, быстрым шагом вошел в приемную. Не останавливаясь, сразу прошел в кабинет Андропова.

Первым, кого я встретил в приемной Андропова, был Рябенко. Он сидел в кресле, положив на колени генеральскую папаху. Я поздоровался и присел рядом.

— Ну что, сновидец, опять отличился? — по-своему поприветствовал он меня.

— Так получилось, Александр Яковлевич, — улыбнулся я в ответ.

— Все время у тебя что-то получается, — Рябенко вздохнул. — Но пока, к счастью, получается хорошо. Удилов уже прицелился тебя во Второе Главное управление перетянуть.Своим замом. Хорошо, что Леонид Ильич не согласился, а то бы сейчас уже перевод оформляли. И я рад, что ты у меня остаешься. Но поубавь активность, Володя. Не доведет до добра. Тебя уже и так многие бояться стали. Сам понимаешь, прикрепленный — фигура незаменимая, но незаметная. Фактически, тень Генсека. А ты слишком уж ярко светиться начал в последнее время. Сейчас одни к тебе с дружбой лезть начнут, а другие, напротив, анонимки строчить. Так что сбавь обороты. Не пугай людей.

— Учту ваш совет, товарищ генерал.

— Не учту, а приму к исполнению, — проворчал Рябенко. — Тоже мне, учетчик нашелся.

Иванов вышел из кабинета и пригласил нас войти. Кроме Андропова присутствовал, разумеется, Удилов. Перед ним лежала папка. Обычная серая канцелярская папка сразу с двумя наклейками — красной и синей. Рябенко сел напротив него, я устроился рядом с генералом Рябенко.

— Экспертов, если они понадобятся, пригласим позже, — сказал Андропов. — Докладывайте, Вадим Николаевич.

Удилов отложил в сторону бумаги и начал рассказывать:

— Григоренко Петр Николаевич до инцидента в гостинице «Россия» вел обычный образ жизни. Кандидатскую защитил с блеском, там же, в Институте кибернетики. Тема диссертации: «Распределенные сети вычислительных машин и их внедрение в народное хозяйство», научный руководитель — доктор наук Раппопорт Михаил Самуилович. В этом году Григоренко должен был закончить докторантуру и защитить докторскую вразвитии той же темы — распределенные сети. Поездка в Москву на симпозиум была запланирована еще в прошлом году, но Григоренко вошел в состав группы непосредственно перед поездкой. Для многих это стало неожиданностью. Вместо него должен был ехать другой кандидат наук, Дашкевич Максим Федорович, который работал непосредственно с академиком Глушковым. И вот здесь начинаются странности. За два дня до поездки Дашкевич попадает в больницу с острым отравлением. Как я предполагаю, отравление не случайно. Вместо него поехал кандидат наук, доцент Григоренко. Человек контактный, весельчак, балагур и душа компании. Что случилось дальше, вы все знаете. Пирофорный стержень, изъятый у Григоренко, тоже украинского производства, был вынесен с киевского завода «Арсенал», что в принципе невозможно сделать простому рабочему.