Книга Телохранитель Генсека. Том 1, страница 101 – Петр Алмазный

Решил не рисковать, вышел на остановке «Серп и Молот». Лефортово.

Вскоре ноги сами привели меня к знакомой двери. Нажал на кнопку звонка. Дверь распахнулась, и я услышал знакомый голос:

— Владимир Тимофеевич, а вы здесь как⁈

Алевтина смотрела на меня растерянно, все еще держась за ручку двери. Представляю, каким я предстал перед ее глазами. Бомжара грязный, да и только.

Она была такой милой, такой домашней и уютной в цветастом фланелевом халате и косынке в горошек, из-под которой выбивались светлые локоны. На поясе повязан белый фартук, через плечо перекинуто полотенце. Ну просто классика жанра — жена встречает усталого мужа с работы.

Я отогнал от себя ненужные мысли, вспомнив о жене и дочках. В голове всплыла строчка из песни Высоцкого: «…был чекист, майор разведки и прекрасный семьянин».

Аля смотрела на меня округлившимися глазами, в которых плескался немой вопрос.

— Пустишь? — спросил ее.

Она спохватилась:

— Конечно! Заходи. Что случилось⁈ Да проходи ты уже, что стоишь.

Аля схватила меня за рукав и затащила в квартиру. Я тут же захлопнул дверь, закрыл на все замки, навесил цепочку. Игнорируя удивленно взлетевшие брови хозяйки квартиры, прошел в прихожую, рухнул на табуретку и прислонился к стене. Глаза сами закрылись. Когда я спал последний раз? Не помню.

Алевтина присела на корточки рядом со мной.

— Володечка, бедненький, ты цел? — шептала Аля, ощупывая мое лицо, плечи, руки. — Ничего не сломано? Скажи, где болит?

Я открыл глаза, с улыбкой посмотрел на нее. Ее забота была приятна, согревала и успокаивала. И то, что она оказалась сейчас здесь, в новой квартире, а не в Капотне, большая удача для меня.

— Так, Алевтина, выключай медсестру. Просто налей мне воды. И где у тебя телефон?

Я осмотрелся. Аля уже привезла мебель в новую квартиру. В зале еще были видны коробки, а на кухне уже стоял собранный кухонный стол, на нем стопки посуды. Обычный беспорядок, неизбежный при любом переезде.

Аля метнулась на кухню, зажурчала вода. Быстро вернулась назад, сунула мне в руки стакан воды. Я в три глотка осушил его.

— Телефон, — напомнил застывшей напротив Алевтине.

Она ойкнула и, всплеснув руками, убежала — на этот раз в зал. Телефон несла минут пять, провод путался в коробках и узлах, в одном месте оказался обмотанным вокруг ножки большого обеденного стола. Аля сначала снимала со стола узлы с постельным бельем и одеждой. Потом двигала стол, освобождая телефонный провод.

— Алевтина, просто выдерни штекер из телефона и освободипровод, не таская за собой аппарат, — посоветовал я, устав ждать.

— Володя, ну ты скажешь тоже, — крикнула она из зала. — А как ты звонить будешь? У меня паяльника нет, провод же назад припаивать надо будет. И отвертки тоже нет, чтобы аппарат раскрутить.

Я прикусил язык. Совсем забыл, что корпус советских телефонных аппаратов был намертво посажен на болты. Хорошо хоть, что сам провод был таким длинным, для семьдесят шестого года это несвойственно. Надо будет поинтересоваться, кто раньше жил в этой квартире. Длинный телефонный провод — это признак высокого статуса бывшего владельца. Вспомнилось также, что до 1980 года сами телефонные аппараты считались собственностью телефонных станций.

Надо быть аккуратнее с мелочами, особенно, в быту. Расхожая фраза, но верная: «Дьявол кроется в деталях».