Книга Одинаковые. Том 3. Индокитай, страница 59 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

На одной повозке ехал проводник и Май, а на второй я, Санька ну и второй вьетнамец. Для меня устроили мягкое ложе, собрав разные подушки из дома французов. Еще прихватили несколько одеял, которые в пути придутся, кстати. Я ехал, привалившись на своей мягкой лежанке и размышлял. Если путь пройдет без заминок, то мы успеем застать капитана Вонга в порту Сайгона, и уже из него сможем отправиться домой. Вот только какой путь при этом выбрать. Можем, конечно, поехать в Прилукскую, поднявшись по Амуру в Аргунь. В целом эта Джонка должна пройти в тех местах, не особо она и большая для нашей реки. В крайнем случае где-то на самом Амуре можем ее оставить и пересесть на что-то более подходящее. А что дальше? Надо все-таки вывозить родных из Забайкалья. Путь в целом уже исследован. Конечно, если бы сейчас рвануть в Питер морским путем, то времени на все про все ушло бы меньше, но вот как представлю переживания матери, и не могу позволить себе так поступить. Короче решено, идем на Прилукскую прямо на этой джонке. А там рассчитаем капитана Вонга, возможно даже не доходя до устья Аргуни это будет более правильно сделать. Мы с братьями вполне управимся с судном, да и местных знающих тот фарватер будет нанять не лишним.

Дни тянулись, густые джунгли сменялись гористой менее зеленой местностью, и мы с каждым шагом приближались к цели. От лошадей и лишних волов избавились по дороге, банально отпустив недалеко от деревни. Не пропадут, выйдут к людям. Можно было, конечно, продать их, но вот из-за каких-то копеек рисковать быть раскрытыми, ей богу не хотелось. А настоящей цены за этих дивных домашних животных в этой глуши попросту никто дать не сможет.

Ехали в двух повозках, точно так же, как и выезжали из Сайгона, правда добавился один пассажир в виде Саньки, но на скорость передвижения это абсолютно не влияло.

Уже показались первые крыши домов Сайгона, и стал заметен дым из нескольких труб, когда на дороге показалась кавалькада из шести верховых во французских военных мундирах, что, набирая скорость скакали в нашу сторону.

— Вот так номер, вот так приключения русских в Азии, еще патруль в Индокитае нам не встречался! — подумал я, глядя как шестеро всадников в форме французской колониальной армии стремительно приближались к нам. Уже можно было разглядеть светло-голубые мундиры, специально разработанные для службы в Индокитае, которые выгодно подчеркивали военную выправку наездников.

Головы воинов украшали фуражки с жесткими козырьками и подбородочными ремнями, что удерживали головные уборы при быстрой езде. На их плечах поблескивали желтые эполеты с бахромой, указывающие на воинское звание каждого. Синие брюки заправлены в высокие сапоги, а на поясах портупеи с кобурами, через плечо перекинуты ремни патронташей, на седлах закреплены сабли в ножнах, как, впрочем, у всех кавалеристов. В целом, облик отряда производил впечатление дисциплины и готовности к бою. При этом их форма была практичной и отлично приспособленной к местным условиям тропического климата.

Прошло буквально меньше минуты с того момента, как всадники были нами замечены, до того, как первый из них, приблизившись практически вплотную и тем самым остановив нашу процессию из двух повозок, спешился с коня и подошёл к первой повозке, на которой сидела Май, отдав честь.