Книга Одинаковые. Том 3. Индокитай, страница 85 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Кстати, когда Майя услышала о том, что в наших краях можно найти женьшень, пришла в неописуемый восторг. И когда мы отправлялись в сторону заимки в лесу, раз десять повторила, что ждёт от нас эти благословенные корни. Ну а что, нам сложно, разве, порадовать человека, который сделал для нас так много?

Эх, чувствую, что, когда мы приедем в Питер, в нашем доме в Шувалово будет перебор с людьми. Ну что ж, будем посмотреть — как говорят в Одессе, время покажет.

К лесной заимке, из-за сбора корня, да и, собственно, спокойного темпа передвижения, мы вышли в конце третьего дня пути. И правда, избушка стояла на своём месте, нисколько не изменившись за прошедшее время. Ведь два года назад мы примерно в это же время, хотя нет, чуть позже, отправлялись из станицы в свой первый путь до Петербурга. Да, интересное было время. Как будто вчера — каждый день, что прошли мы в том пути, я сейчас могу восстановить в своей памяти. Интересная эта штука — абсолютная память.

Заимка в лесу была точно такой, будто не прошли эти два насыщенных событиями года. Избушка, встретила нас прохладой. Ну а что мы хотели? Здесь никто печку не топил уже давным-давно, и встретить хлебом солью братьев Горских не готовился. И признаться, штукатурка, которую мы наносили ещё с отцом больше двух лет назад, местами осыпалась и потрескалась. Да и белой её сейчас можно было назвать лишь с большим натягом.

Никита сразу принялся разводить огонь в печи — надо было прогреть избушку к ночи. Два раза мы поспали на лапнике в палатке — хватит. Можно и немножко комфорта добавить в наше житьё-бытьё.

По дороге нам встретился ещё один заяц, и Лёха сразу принялся ставить воду на печь, чтобы сварить из него добрую похлёбку с овощами. Было уже поздно, и мы на этот день больше ничего не планировали. Да и как таковой охотой для промысла заниматься не хотели — от слова совсем. Ну куда нам с этими шкурами и дичью?

Мы как бы отдыхать пришли — недельку, побыть в тишине. И даже за эти неполные трое суток, что провели в отрыве от цивилизации, голова немного очистилась и стала приходить в норму. Как же всё-таки много для человека — значит общение с природой, и периодически оно необходимо для восстановления эмоциональных и психологических сил. Я уже давно понял, что природа помогает обрести гармонию и успокоить тревожные мысли, восстановить внутренний баланс после всех пережитых испытаний.

Вдали от городской и людской суеты легче всего разобраться в своих чувствах, мыслях и переживаниях. Чистый воздух, тишина леса и красота природы, пейзажи лично мне помогают восстановить физические и душевные силы. Тайга становится для меня источником вдохновения и сил, и помогает чувствовать свою принадлежность к чему-то большому. Поэтому-то так важно порой немножко остановиться и задуматься.

А задуматься признаться было о чем. Я ка-то упустил этот момент, а вот сейчас пришло время хорошо так подумать. Мы ведь из Индокитая привезли с собой не только похищенную хунхузами Саньку, Нгуен Тхимай, эту вьетнамскую красотку, и немного взбалмошного, но такого веселого особенно на родине Семенова. Мы прихватили с собой еще кое-что интересное. И из-за этого кое-чего, можно крепко влипнуть в последствии, или получить неведомые секреты, до которых так и не смогли добраться французские масоны, закрутившие целую историю по поиску тайн древних. Что уж тут говорить, они во Анри Де ла Круа отправили за тридевять земель разгадывать тайну хранилища древних, и много лет пытались его вскрыть. К счастью или сожалению, хрен его знает, у них это не получилось. Но получилось у трёх неуемных братьев из Забайкальской станицы.