Книга Одинаковые. Том 5. Атлантида, страница 26 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

— Илья! — спросил меня по-немецки Андрей Лихачев. — Ты уверен, что мы сможем добраться до основных наших целей? Ведь это скорее всего очень серьезные люди.

— Мы будем стараться, Андрей! Действовать нужно крайне аккуратно, без каких-либо следов. Иначе за нами станут гоняться по всему миру, и в Питере от них тоже будет не скрыться. А добраться сможем, в этом будь уверен!

В Англии у нас тоже был человек, который занимался делами наших компаний, но было решено никоим образом не вовлекать его в операцию, дабы исключить возможность утечки. Уж очень серьезные люди замешаны в деле.

Как нам стало известно ещё до отъезда из Петербурга, великий князь Алексей Александрович Романов отбыл по служебным делам в Лондон и сейчас находится в столице Великобритании.

Россия вообще старается активно развивать свой флот, но возможностей собственных верфей построить требуемое количество военных кораблей, к сожалению, не хватает. Поэтому Империя, в том числе, размещает заказы в Германии, Франции, САСШ и Англии.

Разумеется, новейшие разработки англичане России не продали бы, но упускать шанс заработать, загрузив свою промышленность контрактами, они тоже не собирались. Вот почему Алексей Александрович был частым гостем и в Лондоне, Берлине, Париже.

Особенно он любил Францию. И умер он, если не ошибаюсь, тоже там. Сейчас этому борову пятьдесят лет — в нашей истории он прожил до пятидесяти восьми. Но здесь, думаю, что его путь закончится раньше.

Думается мне, что Николай II сам не в восторге от своего дядюшки. Но то ли будучи слабохарактерным, то ли отдавая дань семейным традициям, он не решается снять Алексея Александровича с должности и перекрыть бездонную кормушку, в которую уходят огромные средства из казны. И если вдруг с ним приключится какая-то трагедия, да ещё и вдали от дома, император всероссийский, конечно же, погорюет, будет скорбеть, но, думаю, при всём этом облегчённо выдохнет.

Нам же по большомусчёту безразличны эмоции императора. Нам важно, чтобы «семь пудов августейшего мяса» не порушил наш план, реализуемый уже долгие годы, именно сейчас, когда наша команда наконец начала активную работу. Алексей Александрович ещё не знает, что, сцепившись с братьями Нобель, а заодно и попытавшись прихватить автомобильный завод Кулагина, он подписал себе приговор.

Как только наш поезд прибыл в Лондон, мы отправились в условное место. Это был бар неподалёку от вокзала, где для нас ждало письмо.

— Добрый день! — поприветствовал Леха бармена за стойкой.

—Добрый день! Пообедаете у нас? — ответил крепкий ирландец, натирая бокал.

— Для господина Смита должно быть послание. — сказал брат, кладя на стойку два фунта стерлингов.

— Конечно, конечно! — с широкой улыбкой забирая деньги, бармен взамен положил на дубовую столешницу запечатанный конверт.

Держаться на улицах Лондона мы старались порознь, разделились на две группы. Со мной были Егор и Андрей Лихачёв; остальные парни держались поодаль с Лехой, наблюдая со стороны за обстановкой и отслеживая, нет ли за нами хвоста. Шансы маловероятны, но исключать ничего нельзя — лучше, как говорится, перебдеть.

В письме, что Леша получил в баре, был указан адрес: Гринфилд стрит 15. Еще в конверте лежал ключ от него. Мы наняли 2 конных экипажа, назвав разные адреса по этой улице предположительно нескольких кварталах до нашей цели.