Онлайн книга «Жуков. Халхин-Гол»
|
— Полагаю, что присутствующие товарищи согласятся со мною, — наконец заговорил вождь, — в том, что речь товарища Жукова при всей ее эмоциональности, содержит рациональное зерно. Ленин учил нас смотреть правде в лицо, сколь горькой бы она ни была. Поэтому я жду, что и остальные участники совещания станут высказываться столь же откровенно. — Я скажу! — взял слово заместитель председателя Совнаркома СССР Лазарь Моисеевич Каганович. — Товарищ Жуков предлагает нам, по сути, с нуля развернуть новые тип промышленности. Новые танки, новые самолеты, рации в каждый взвод! А кто это делать будет? У нас до сих пор на заводах дореволюционные станки работают. Износ станочного парка до сорока процентов доходит. Его поддержал директор Харьковского паровозостроительного завода имени Коминтерна. — Лазарь Моисеевич прав. Взять хотя бы двигатель «В-2» для нашего «Т-34». Дизель сложный, капризный. Мы над «В-2» второй год бьемся, и все еще не уверены, что устранили все недостатки.А вы хотите к весне сорокового — сотни штук. Это утопия. Слово взял представитель Ижорского завода. — Георгий Константинович, ваши требования к броне — это же технологический прорыв! Такие марки стали мы только в лабораториях получаем. А вы — в массовую серию. Не будет этого. По крайней мере — скоро. Я молчал, давая им выговориться. Пусть все сомнения выложат на стол. Пусть все «не могу» прозвучат вслух. Рядом со мною поднялся худой, похожий на профессора человек — директор радиозавода. Он говорил тихо, словно не хотел, чтобы его услышали. — Радиостанции для каждого танка? Для командира взвода? Это фантастика. Нам бы армейские корпусные узлы связи обеспечить, а вы — о тактическом звене. Эфир забить помехами — раз плюнуть. Да и где столько радиоламп взять? В воздухе повисло тяжелое, почти осязаемое молчание. Нет, все эти люди не думали со мною спорить. Они все были «за» — в принципе, но работала инерция гигантской, уже работающей машины, которую я намеревался развернуть на полном ходу. Сталин, молча курил трубку, медленно обводя взглядом собравшихся. Его взгляд на мгновение задержался на мне. В его глазах был вопрос — ну, что вы на это скажете, товарищ Жуков? Я откашлялся, поднялся. Все взгляды обратились ко мне. — Вопросы ресурсов и технологии следует задать представителям соответствующих ведомств, — начал я, глядя на директора Харьковского завода. — Я смотрю на это с тактической токи зрения. Без нового двигателя танк — мишень. Без рации — слепец. На Халхин-Голе японцы первыми уничтожали посты связи. Оставшись без управления, батальон терял боеспособность за час. — Я перевел взгляд на человека с Ижорского завода. — Качество брони. Пробиваемость брони наших «БТ» японскими 37-мм пушками на дистанции восемьсот метров — девяносто процентов. Если вместо «тридцатьчетверки» вы дадите к следующей войне те же «БТ» — их хватит на один бой. Считайте — перерасход металла и моторесурсов. — Я взял со стола отчет завода связи. — Помехи в эфире. Решение — смена частот и шифрование. Техзадание приложу. Без связи управление артиллерией и авиацией невозможно. Без управления — потери растут в геометрической прогрессии… Я не технолог, но я вижу результат на поле боя. Задача — снизить потери и повысить эффективность. Ваша задача — найти технические решения. Альтернатива— продолжать нести потери там, где их можно избежать. |