Онлайн книга «Товарищи ученые»
|
— Ходы надо знать, будущие Эйнштейны, — назидательно изрек гордый сын Кавказа. — Ладно, ладно, будущий Гиппократ, — усмехнулся я. — Твои предложения? — А какие тут могут быть предложения? Приступить к ликвидации запасов! И чем скорее, тем лучше, пока не испортилось! — А где у тебя этот реквизит? — спросил Володя. — Дома? — Канэчно, дарагой! — намеренно преувеличивая свой акцент, воскликнул Гоги. — Идем? — Пошли, конечно! — охотно поддержали мы. По пути к нам прицепился еще Сашка Фролов по прозвищу Фрэнк — наш коллега-МНС, местный франт и при этом вполне толковый исследователь, чья кандидатская уже была практически готова к защите. Через двадцать минут мы вчетвером сидели за столом и с наслаждением потребляли дары грузинской земли. Коньяк употребляли благородно, смакуя аромат и послевкусие. И чувства и мысли от этого пробуждались возвышенные: о науке, о будущем, о сути бытия… Ну и, конечно же, о любви и о прекрасных девушках! О чем же еще говорить молодым, умным, привлекательным и неженатым мужчинам… — Хм! — глубокомысленно хмыкнул Саня Фрэнк. — Между прочим, к нашему Кондратьеву дочка приехала на лето. Студентка. Из Саратова, кажется. Не то филолог, не то журналист. Н-ну, я скажу вам, девушка — пять звезд! Рекомендуювглядеться. От упоминания Кондратьева Володька вмиг осатанел: — Чтоб ему, Кондратьеву этому, до гроба с геморроем сражаться! Я не поддержал гнев Вовчика, а вместо этого усомнился в россказнях Фрэнка: — Откуда же у такого хомяка, как Кондратьев, взяться пятизвездочной дочке? Фрэнк прожевал мясной ломтик, со знанием дела молвил: — У него жена была очень красивая. Реально! От природы. Такая, знаешь, баба деревенская, кровь с молоком. Мне кажется, она даже не соображала, насколько она красивая. Но вот судьба: сгорела от рака за три месяца. Вот так вот, грустно. Сашка Фрэнк был старше нас, и в Сызрани-7 обитал подольше. Потому и помнил жену Кондратьева. Мы же с Вовкой застали Кондратьева уже вдовцом. — Между прочим, — заметил Саня, — зовут ее знаете как?.. — Дочку-то? — уточнил Вовка. — Ее самую. Аэлита! Представляете⁈ — Аэлита Ипполитовна! — звучно продекламировал Гога. — Я бы сказал, гдэ-то нэмного по-грузински! — Вообще-то по-марсиански… — ухмыльнулся Вовка. — Так вот я к чему и говорю! — подхватил Фрэнк. — Откуда эти лапти лыковые такое имя выкопали⁈ Ну, покойную мать ее я сразу отметаю, она и слыхом не слыхала ничего подобного. Значит, остается сам Семеныч! Вот и думай, что за романтическая душа прячется в этой хомячьей оболочке… Ребята еще поржали, поострили, а я вспомнил, что в придачу ко всем талантам у Сашки Фрэнка имелся дар пародировать голоса, хоть со сцены выступай. И родилась во мне одна идея… Повернулся я к нему — и страшно удивился. Все болтали, пересмеивались, а Фрэнк сидел с лицом настолько отрешенным, что в первый миг мне захотелось глаза протереть: а это вообще он⁈ Вообще ведь он такой рубаха-парень, балагур… А теперь будто другой человек передо мной. Он словно в кому впал — глаза остекленели, челюсть отвисла… Но длилось это только несколько секунд. Фрэнк вздрогнул, будто проснувшись, и передо мной вновь появился знакомый весельчак. — Ты что, Макс? — подмигнул он мне хитро. — Сказать что-то хотел? |