Онлайн книга «Солдат и пес. Книга 1»
|
— Так… так точно! — Продолжать несение службы, Кононов! Не отвлекаться. — Есть! — Данный диалог тоже, разумеется, не слишком соответствовал Уставу, а точнее, вовсе не соответствовал, но жизнь сложнее правил, а уж в нашем случае тем более. — Ну, — повернулся Романов к своему теперь уже бывшему заместителю, — теперь вставай, Анатолий Александрович. Будем говорить, как ты дошел до жизни такой… Деклассированный замполит так осунулся, что казался постаревшим лет на десять. — Да чего там говорить, Евгений Палыч… — тускло пробормотал он. — Будто ты не знаешь. Или не догадываешься… — Из-за Наташки твоей, что ли? — командир скривил губы в ухмылку. Синяков сумрачно засопел. — М-да… — протянул полковник. — Нет, не пойму я этого! Из-за п…зды поганой Родину продать? Офицер! Присяга!.. Подполковник вдруг взбеленился, глаза сверкнули: — Не сметь! Не смей так говорить! Он даже рыпнулся вперед, но Слепцов жестко прихватил его левой, а правой, то есть пистолетным стволом ткнул в бок. — Спокойно, Отелло! На зоне теперь будешь свою прошмандовку ревновать. Может, она тебе еще и передачки носить будет… Хотя при твоих-то делах наверняка тебе придется лоб зеленкой мазать. Задержанный вновь возмущенно забарахтался от «прошмандовки», как окрестили объект, судя по всему, его большого чувства. Но его вновь угомонили пистолетом: — Спокойнее! Спокойнее!.. Он притих. Вздохнул. — Ладно, я спокоен… — произнес действительно спокойным, почти смиренным голосом. — Вас, наверное, интересует… — Естественно, — перебил Романов. — Но прежде… Тут он спохватился: — Так, ну-ка, знатоки, Богомилов с Сергеевым, идите-ка отсюда. С вами отдельныйразговор будет. Пес твой, Сергеев, молодец, просто герой. Как тебя, псина, Гром? — Р-р-р… — Ишь ты, какой красавец. Идите, отдыхайте. Разбираться завтра будем. Объявляю личное время. Все, вперед — Разрешите… — начал было лейтенант, но командир рявкнул: — Не разрешаю! Все потом. Шагом — марш! И мы пошли, услыхав, как Синяков вяло проговорил: — Я закурю с вашего позволения… Раздалось легкое шуршание. И вдруг дикий выкрик командира: — Держи! Слепцов, держи его! Аж Гром вздрогнул. Я вмиг понял, в чем дело. Обернулся, невольно дернув Грома. — М-мать твою!.. — бессильно вскричал Слепцов. Синяков недвижимо лежал на земле, рядом валялась пачка «Столичных». Одна сигарета у самого левого подполковничьего погона. Так и есть. На случай провала у агента была приготовлена ампула с мгновенно действующим ядом. Замаскирована в сигарете. Как Романов со Слепцовым прохлопали этот финт?.. Ну как-то так вышло. Слепцов стремительно склонился к покойнику. — Готов, — обреченно вздохнул он. Полковник сумрачно повернулся к нам: — Я что вам сказал? Не поняли⁈ Вас тут не было! Лейтенант дернул меня за рукав: — Пошли! Пошли. Гром прилежно затрусил рядом. — Он прав, — зачем-то обернувшись и полушепотом произнес Богомилов. — Лучше к этому никакого отношения не иметь. Сейчас будет цунами. Надо переждать. И оказался прав. Несколько следующих дней — да пожалуй, дней десять — прошли в части в состоянии скрытой лихорадки. Смерть замполита части, подчиненной Генштабу! Такого шила в мешке, не утаишь, понятно. К нам зачастили всякие офицеры, не в особо высоких званиях, от капитана до подполковника. Некоторые из них были подозрительно возрастные для такого звания, и я подозревал, что это маскарад… но вникать не стал. Впервые я увидел жену, вернее, вдову Синякова, она почему-то в части раньше не появлялась. Ну что сказать?.. Видно было, что она в шоке, и все же несмотря на это, она была, конечно, невероятно сексапильна. От нее прямо тянуло этой жгучей, пряной магией — при том, что не особо уж она и раскрасавица какая-то была. Но яркая, конечно, броская, глаза сами, косятся в ее сторону. Я, впрочем, видел ее раз, почти мельком. Она как-то так быстро вышла из штаба, почти бегом пронеслась на КПП… да и след ее простыл. |