Книга Стратагема несгораемой пешки, страница 137 – Андрей Фролов

— Ночная смена на подходе, впускаю. Убирайте добро, чтобы не шокировать высоколобых, и заступай. Частота 17−7…

Мавр кивнул, укладывая «Миними» наплечо. Свободной рукой подхватил сразу три сменных магазина, удалился в сторону открытого поста охраны. Леандро, о чем-то болтая с безопасниками на нижних этажах, принялся распечатывать бронежилет. Под потолком прокатился мелодичный перезвон, означавший начало ночного дежурства ученых.

Ящики оттянули прочь, подальше от любопытных глаз. Пешки спешно разобрали доставленные богатства, разбрелись по постам. Русский, подложив под голову короткое четырехзарядное ружье, растянулся на спальнике возле кабины имплицитора. Марго возилась с застежками брони, подгоняя панцирь по фигуре. Зентек, рассовав запасные магазины по подсумкам на боках, зарядил винтовку и теперь проверял подствольный гранатомет. Поцокал языком, выражая высшую степень довольства, отстегнул со слинга штатный «Геклер» и привесил новое оружие на грудь.

Аметист, регулирующий гидравлические шарниры под столом встречающего охранника, взглянул на него снизу вверх. Притянул к себе ящик, в котором громоздились инструменты и портативный сварочник. И вдруг:

— Шесть лет назад, — неожиданно сказал Эджиде, как ни в чем не бывало продолжая прерванный разговор, — отделение австрийского Статуса «Штайер» разработало летальный излучатель «Вультура». Емкость аккумулятора: три сотни полновесных залпов; убойная дальность — семьдесят метров; вес не более пятисот грамм. Отклонений выстрела нет, входное отверстие при попадании с пятидесяти шагов равно сантиметру, выходное — почти тридцать. Обугливает, запекает, отрезает. Собран из современных материалов, не обнаруживается сканерами и детекторами, размеры позволяют прятать его даже в трусах.

Звериное лицо Зентека сменило сразу несколько противоречивых эмоций. Теперь пришла его очередь недоумевать, и он застыл возле стола, превращенного в оборонительный рубеж. Куснув губу, пешка несколько секунд наблюдал, как темнокожий снаряжает пулемет. Системы наблюдения сообщали, что лифт уже везет в лабораторию десант ночных работников.

— Так чего же ты не купишь себе такую игрушку? — осторожно спросил он.

— А ты? — Дрейфус с неоднозначной улыбкой вернул ему вопрос.

— Нравится запах пороха, — прищурился поляк.

— Мне тоже, — кивнул Эджиде, прилаживая пулемет на станину и занимая место напротив лифтовых дверей. — Просто обожаю. А теперь уберись с линии огня…

Зентекповиновался, все еще сбитый с толку странным комментарием пулеметчика. Бросил настороженный взгляд на лифты. Машинально провел рукой по амуниции — ножу на груди, пистолету на бедре, компактному пистолет-пулемету на другом, подсумкам и, наконец, — по своей новенькой израильской винтовке. Все еще кусая губу, зашагал вглубь лаборатории, расслышав, как Эджиде дает Байну добро на запуск ученых.

Пенс побродил по залу генератора, перешел в медицинский блок.

С любопытством покосился на командира и Радольского, прилипших к терминалам. Хотел было завязать разговор с Ландау, но та всем своим видом демонстрировала, что на товарищеские беседы не настроена. Тогда поляк направился к капсуле раненого японца. Возле нее, сунув под бочок плоский лист музыкального проигрывателя, полулежал Порох, ковыряясь в устройстве ненаглядной СВДС.