Книга Нексус, страница 16 – Дмитрий Романофф

— Отец, срочно! — Пол вцепился в спинку кресла, сминая кожаную обивку. — Какого менеджера искать? Как его контролировать? Ты же знаешь!

Отец медленно отодвинул клавиатуру. Линзы его очков поймали блик от экрана, превратив глаза в два ледяных осколка.

— Садись! И закрой дверь. — Его голос напоминал скрип тормозов перед обрывом. — Хедж-фонд это не детская железная дорога, Пол. Здесь управляют не деньгами, а людьми!

Сын плюхнулся в кресло, ёрзая, будто сиденье било его током.

— Хирург с лезвием вместо совести? Это что, метафора из твоего корпоративного тренинга?

Отец стукнул костяшками по столу.

— Первое, он должен спать с открытым глазом. Если рынок рухнет в три ночи, то его кофе уже остывает здесь. — Палец вонзился в дерево, отмечая пункты невидимого списка.

— Второе, это нюх на риск. Запах крови он должен чувствовать раньше, чем жертва успеет крикнуть. — Старик встал и подошёл к окну. Небо за стеклом было серым,как экран умершего монитора. — И третье… он должен бояться тебя больше, чем рынка.

Пол закатил глаза.

— Контроль через страх? Это же прошлый век, пап!

— Страх это не цепи. — Отец взял со стола серебряный нож для вскрытия писем. Лезвие блеснуло, оставляя на столешнице тонкую царапину. — Это знание, что за каждым его шагом следят. Мой первый менеджер… — он провёл пальцем по гравировке на рукояти, — украл два миллиона. Он думал, я не замечу. Его ошибка? — Нож воткнулся в папку с логотипом конкурента. — Только он не знал, что я читаю почту его любовницы.

Сын сглотнул, наблюдая, как луч света играет на лезвии.

— Жучки? Слежка? Ты серьёзно? Жёстка!

— Технологии для лохов. — Старик открыл ящик, вытащив папку с фото мужчины в смокинге за покерным столом. — Джейсон Блэк. Ставит на маржинальные сделки, как на тузы. Его жена… — лист с выпиской по счету упал на стол, — проиграла в конный аукцион три миллиона. Сын его полное отребье — Он откинулся, сложив руки домиком. — Вот они твои рычаги.

Пол сжал ручки кресла до хруста.

— Это грязно!

— Деньги не пахнут, пока их не начнут красть. Контроль это не цепи, а знание, что у него нет выбора, кроме как быть верным тебе.

— А если я найду того, у кого нет слабостей?

— Тогда беги. Потому что такой человек… уже пришёл за твоим креслом.

* * *

Пол собрал несколько резюме и через неделю вернулся к отцу с пачкой папок:

— Я просмотрел несколько кандидатов. Все они или карьеристы, или роботы с дипломами. Мне нужен не менеджер, а хирург!

Отец поднял бровь, разглядывая пятно кофе на резюме выпускника Гарварда:

— Ты ищешь человека, а надо искать тень. Он достал из ящика фотографию. На снимке был мужчина лет сорока, в очках с толстыми линзами, стоящий у входа в здание ФРС. Его лицо было невзрачным, как обои в дешёвом отеле, но глаза напоминали объективы камер. Они были холодные, всевидящие.

— Мэт Коллинз. Работал у Сороса в девяностых. Вывел из-под санкций триста миллионов, притворившись миссионером в Иране. После этого, уничтожил три хедж-фонда, слив их алгоритмы в Даркнет.

— И ты предлагаешь мне нанять саботажника? — Пол сжал кулаки, представив, как Мэт взрывает его Нексус изнутри.

Отец рассмеялся, выпустив кольцо дыма:

— Саботажник? Нет! Он как раз тот скальпель, что режет толькото, что мешает выживанию системы. Он перевернул фото. На обороте красовалась надпись кровью — вероятно, метафора — «Лоялен лишь хаосу».