Книга Мимик нового Мира 11, страница 59 – Северный Лис

Меня понесло… ещё минут двадцать я выплёвывал всё, что накопилось, всё, что я думаю об этих так называемых «богах», под которых маскируются Изначальные из первой расы, которая создала людей, о последнем я предпочёл промолчать. Но и всему рано или поздно приходит конец. Конец пришёл и моей бойкой речи, по окончании которой мне пришло множество сообщений.

Внимание! Репутация с Земным пантеоном богов понижена!

Внимание! Репутация с Афродитой повышена!

Внимание! Репутация с Тюром повышена!

Вот вам очередные странности понаехали, то повышается репутация, то падает ниже колен. Потираю переносицу, наблюдая краем глаза, будто моей маски вовсе нет, как эта странная жрица улыбается во все тридцать два зуба. Похоже, она очень рада падению моей репутации, ей, как жрице, такая информация должна быть доступна.

— Этих не пускать, — приказываю своим воякам, а сам спокойно прохожу внутрь. За спиной раздались вопли недовольных, но, похоже, уходить они не собирались, а очень даже зря.

Оказываюсь внутри и спокойно перемещаюсь в свой кабинет, заставляю маску исчезнуть и прямо в чёрном костюме падаю на кровать, прикрыв лицо ладонями.

— Знаешь, Никки, порой мне кажется, что мы вот-вот упадём в каменный век. Стоит только какому-то заражённому нажать на какую-то кнопку случайно в одном из бункеров, всё электричество отключится, и люди действительно вернутся в пещеры, а огонь станет предметом роскоши. Скажи мне… я сумасшедший?

Сбоку раздался знакомый голос, но руки от лица так и не убрал.

— Насчёт сумасшествия я не знаю, но вот что касается ядерного оружия или иного средства массового поражения, Система об этом позаботилась, так что не переживай, моментального уничтожения планеты средствами, созданными до Системы, точно не последует.

— Да вот всё равно переживаю… Я вижу людей, да и не только людей, а вообще всех обитателей моего клана… Они верят в светлое будущее, верят в спасение планеты от Системы, что этот кошмар может закончиться, но в них нет этого фанатичного огня, и меня это устраивает. Но то, что делают другие, та же Афина, например…

Открываюглаза и смотрю на Николь, та в задумчивости сидит в кресле и смотрит на меня.

— Честно… тут мы не можем ничем помочь, но знаешь… это выбор каждого, людям нужна надежда, да и не только людям, а вообще всем. Многие видят надежду в тебе, Илья, скрывать не стану. Они видят, что ты строишь, видят, что ты не собираешься их сильно ограничивать и даёшь им безопасность, им этого достаточно. Но мы не можем дать эту надежду всему миру. Прости, но это выше твоих сил.

— Да сам прекрасно понимаю, я за пределы нашего города даже не вышел, и плевать, что он занимает просто огромную площадь и вовсе самый большой город на Земле. Но я боюсь за человечество, боюсь, что оно под властью подобных фанатиков может вновь скатиться в тёмные века, когда учёных сжигали на кострах, а наука была чем-то ненормальным. Вот чего я боюсь.

— Деградация… Ты боишься за весь мир, но при этом не боишься за себя.

— Да со мной всё и так ясно, — я усмехнулся, вставая с кровати, зашёл на небольшую кухню и стал делать себе горячий кофе.

— Легче?

— Немного.

— Не могу не спросить… а что значит «со мной всё и так ясно?»

Поворачиваюсь к Николь, смотрю в её очень задумчивые глаза, тяжко вздыхаю и оттягиваю край рубашки, показывая чёрные вены, идущие от руки к моей шее.