Онлайн книга «Посох епископа»
|
— А все-таки, проходил он здесь или не проходил? Экскурсовод откашлялся и кивнул: — Проходил. — Ага… ясно… А вот у меня еще один вопрос. В какую игру играл этот самый Германн? Или вы не знаете? — Отчего же не знаю. — Экскурсовод оживился, сделавшись еще более похожим на Маркса, глаза его заблестели, как два влажных камешка, обкатанных морской волной. — Конечно, знаю. Во времена Пушкина самой популярной карточной игрой был штосс… у этой игры были варианты, которые назывались «банк» или «фараон». Впрочем, их правила мало отличались. — И какие же правила у этой игры? — Правила очень простые. Игрок, который назывался понтером, загадывал какую-то карту и называл сумму, которую он на нее ставит. Второй участник игры — он назывался банкомет — начинал раскладывать карты из колоды налево и направо от себя. Когда выпадала загаданная понтером карта, выигрыш зависел от того, по какую сторону от банкомета эта карта легла. Если она легла слева — выиграл понтер, если справа — банкомет… Глаза экскурсовода блестели, видно было, что тема его очень интересует. Лысый экскурсант тоже возбудился. — И что, старая графиня действительно знала секрет выигрыша? Знала три счастливые карты? И не назвала их Германну только из вредности? — Да что вы, неужели вы верите в такие сказки? Нет никаких выигрышных карт! Карточные игры подчиняются только теории вероятностей… — Ну, как сказать! Бывает же, что кому-то невероятно везет… особенно новичкам… — Бывает… и старая графиня была очень везучей, просто сверхъестественно везучей, почему Германн и пошел к ней… — Экскурсовод заговорщицки понизил голос и продолжил, обращаясь теперь только к лысому посетителю: — Вообще, тогда говорили, что секрет везения старой графини не в каких-то трех картах, а в старинном семейном талисмане, который и приносил ей удачу. И Германн наверняка хотел, чтобы она отдала ему этот талисман. — И что — отдала? — Да нет, что вы… ведь Германн в конце концов проигрался и попал в сумасшедший дом. — А что представлял собой этот талисман? — Достоверно неизвестно, все только на грани слухов и сплетен, но по этим самым слухам это был посох католического епископа, дальнего предка старой графини. То есть, я думаю, не весь посох, а только его рукоять. В старинных изданиях сохранилось изображение этой рукояти — она представляет собой двух фантастических зверей и отличается удивительно тонкой работой… Лысый тип прямо затрясся от возбуждения и спросил: — А где сейчас эта рукоять? Здесь, в этом музее? Мы можем ее сегодня увидеть? — К сожалению, нет. Эта рукоять давно уже затерялась, еще во время революции. Ее долго и безуспешно искали в этом особняке, но так и не нашли… Экскурсовод спохватился и сменил тему: — Теперь мы с вами перейдем в малую столовую… — Опять в малую… — разочарованно протянул отставник. — Когда же дойдем до большой? Экскурсовод перешел в следующую комнату. Я огляделась и тихонько скользнула в другую дверь. За этой дверью была светлая просторная комната, где на видном месте стоял старинный клавесин. Возле него размещались несколько кресел, чуть в стороне — два столика на гнутых ножках, на них — красивые фарфоровые вазы. Судя по клавесину и креслам, это был музыкальный салон. В глубине комнаты имелся камин, отгороженный шелковой ширмой с вышитыми на ней птицами и хризантемами. |